Кляча в белых тапочках

– При том! Ты же в новостях работаешь, сообщаешь народу, помимо прочего, о последних достижениях в области науки и техники, а сама в них – ни в зуб ногой! Ничего не понимаешь!

– Ясное дело, не понимаю! – Я перешла в наступление. – Понимала бы, писала бы не тексты для новостей, а диссертации! И кому было бы интересно их читать? Да и потом, какие это новости, если они о хорошо известном? О неизвестном надо сообщать! Новости общеизвестными не бывают!

– Но…

– Никаких «но»! Да, у меня нет специальных знаний по целому ряду вопросов! И слава богу! Мои зрители тоже не все сплошь астрономы, программисты и геронтологи!

– Что ты имеешь против программистов? – обиделся за все свое профессиональное племя Колян.

– Геронтологов-то ты к чему приплела? – добродушно поинтересовалась Ирка, поигрывая молотком.

– Да сюжет мне нужно сделать про юбилей столетней старушки, – пояснила я, забирая у мужа ополовиненную бутылку пива. Хлебнула и скривилась: – Вот гадость, как ты это пьешь, оно же горькое!

– Не отвлекайся, расскажи про старушку, – попросила Ирка.

– Да что рассказывать? Бабке стукнуло сто лет…

Ирка в унисон стукнула молотком по очередному ореху. Слишком сильно: орех лопнул и брызнул во все стороны битой скорлупой.

– По поводу юбилея наши власти организовали шоу с застольем и подарками, – успешно увернувшись от ореховой шрапнели, поведала я. – Если следовать логике моей сестрицы, то освещать подобное мероприятие должен специалист по старцам, то есть именно врач-геронтолог.

Или какой-нибудь шоумен. Но ни шоуменов, ни геронтологов в штате нашей телекомпании нет, так что за них за всех придется отдуваться мне одной, уж извините. А кому не нравится, пускай отравится!

– Это справедливо, – кивнула мама.

– А я что говорю!

– Ну, хватит дискуссий, – Моржик откровенно зевнул. – Спать пора! Завтра некоторым из нас с утра на работу…

– Идемте в дом, – поддержала его Ирка. – Чего мы, собственно, сидим тут в потемках? Глазеем в чистое поле… Ждем прибытия рейсовой летающей тарелки?

По хрустящей под ногами ореховой скорлупе один за другим мы потянулись в дом.

В окнах загорелся свет.

– Значит, летающей тарелки сегодня не будет? – тихонько спросила у меня мама.

В голосе ее слышалось сожаление.

– Сегодня – нет, – уверенно сказал Колян, быстро глянув сначала на Луну, прочно застрявшую в одной из Больших Медведиц, а потом на светящийся циферблат своих наручных часов.