Тридцать четыре ёжки для Кощея. Книга вторая. В погоне за женихом

Пельмешки, выпрыгнув прямо из супницы, задористо тряхнули мелкими веточками петрушки, свисающими наподобие боа, и, не мешкая, выстроились в ряд. Задирая высоко непонятно откуда взявшиеся ножки-тростинки, пельмешки принялись нарезать круги вокруг блюда с фруктами. Вдохновившись их танцем, к ним присоединились цыплята табака. Без голов они смотрелись жутковато, но петь им это совсем не мешало:

– Бабушка курочек очень любила, сначала кормила, потом зарубила! – прокричали они весело, при этом резво отплясывая и притопывая лапами.

Понятно, откуда у Кощеев мясо – с городского рынка. Надо было раньше предупреждать, этих бы в концерт не взяли. А то ишь, вздумали самодеятельность устраивать.

Разбившись на пары, пельмешки, картошечка и цыплята табака радостно закружились по столу.

Происходящее до Ежек доходило медленно. Лишь когда танцующая и поющая бравая компания пошла в пляс уже по всему столу, прыгая по тарелкам, девушки отмерли. Но стоило пельмешкам устроить заплыв «бомбочкой»  в бокалы с вином да в чашки с чаем, Ежек буквально волной снесло с их мест.

Разбежавшись по углам, они с жадным любопытством наблюдали за происходящим в гостиной.

К слову сказать, к этой импровизации я не имела никакого отношения.

Досадно поморщившись, Велимир продолжал грозно восседать во главе стола. Я успокоила себя тем, что ему, наверное, не терпелось дослушать песню. Как и его братьям, не считая Валентина и Елисея. Те затерялись среди девушек. Но если Елисеюшка не был из рода Кощеев и ему было простительно проявление слабости (он всегда был трусишкой), то Валентина наверняка ждало объяснение с владыкой Кощеев.

Впечатление от бегства Ежек портила Цветана. Надув губы, она сидела с обиженным видом и не спешила оставлять Драгомира. Сваха тоже не торопилась уходить, посеревшая лицом то ли от испуга, то ли от злости. Кто ее разберет… Но тут ее глаза округлились, став похожими на два больших блюдца.

Напротив Вороны с подноса медленно поднялась запеченная свинка.

Выплюнув яблоко, она поклонилась свахе и прежде, чем та успела убрать со стола руку, обхватила запястье Вороны копытами. Склонившись к подрагивающим пальчикам, свинка, распеваясь, проблеяла мужским басом «Ме-е-е!!!», сделала паузу и продолжила громче:

– Напали на козлика серые волки! Остались от козлика рожки да ножки!

Кажется, немного магии попало и на посуду… столовым приборам – и тем не терпелось пуститься в пляс.