Конкурс киллеров. Красота спасет мымр

Лично для меня он – почти идеально организованное рабочее место, которому не хватает разве что встроенной кофеварки. Масса дополнительных функций, вроде возможности резаться в дурацкие стрелялки-убивалки, играть в тетрис, смотреть фильмы и слушать музыку, мне лично кажется несущественной. Кино и по телику поглядеть можно, музыку послушать с помощью магнитофона или по радио. Никто ведь не делает утюгов со встроенным плейером с наушниками! К чему складывать все яйца в одну корзину?

– Кстати, о яйцах и кофеварке, – перебила меня подруга, потягиваясь.

 – Мы завтракать будем или как? Звери твои уже выражают желание подкрепить свои слабые силы: Том гарцует в вольере, а Тоха сидит на табуретке в кухне с видом забытого родственника!

– Завтрак – это хорошо, – возвестила я, вставая из-за стола с компьютером.

– Завтрак – это полезно, – подхватила Ирка. – А в идеале, завтрак – это еще и вкусно!

Придя таким образом к единому мнению, мы в полном согласии протопали в кухню, где распахнули двухметроворостый холодильник и в компании с присоединившимся к нам котом исследовали его содержимое.

Поскольку в отсутствие хозяйки пополнять продовольственные запасы было некому, мы с Тохой и Томкой только добросовестно подъедали имевшийся провиант, и теперь в огромном холодильнике было пустовато. Посовещавшись, мы с Иркой единодушно отвергли овсянку, как блюдо, не соответствующее нашим эстетическим пристрастиям, и одобрили консервированные ананасы и затерявшийся в морозилке брикет пломбира.

– И вкусно, и питательно, – заметила Ирка, раскладывая мороженое по тарелкам.

Коту в миску тоже плюхнули пломбира, предварительно растопленного до консистенции густой сметаны.

А пес, не принимавший участия в совещании, вынужден был удовольствоваться той самой овсянкой.

– Ничего, я попозже смотаюсь на рынок и куплю тебе свежей требухи, – сказала Ирка, заглянув в печальные собачьи глаза. – Ленка! У тебя на сегодня какие планы?

– Наполеоновские, – ответила я, торопливо облизывая пальцы, испачканные ананасовым сиропом.

 – Сейчас я кое-кому позвоню, а потом буду прорываться в Интернет.

Едва дождавшись восьми часов утра я позвонила в окружное УВД и потребовала к телефону Черного или Серого – благо, у меня хватило ума в последний свой визит в ментовку выяснить их имена. Черного звали Андрей Прокопов, а Серого – Сергей Лазарчук.

– Лазарчук у аппарата, – прозвучал усталый голос.