Кукиш с икоркой

Муж опустил книжку, явил мне сияющую физиономию и с готовностью ответил:

– Радуемся гармонии, царящей в интимной жизни героев этого замечательного романа! Цитирую!

Он встал во весь рост, откашлялся и с выражением прочитал:

– Джек подхватил Энни на руки и понес по лестнице, встречая поцелуем каждую ступеньку. В спальне он нежно взял ее лицо в ладони и положил на пол у камина. «Интересно, – подумала Энни. – Чего он хочет? Просто секса или чего-то более интимного?» Она ощутила, что ее соски набухли. Это был новый шаг в их отношениях.

Нервные мурашки побежали по ее позвоночнику. Она превратилась в одну огромную мурашку и громко сказала: «Да-а!»

Я захихикала, потом и вовсе захохотала, спотыкаясь, подошла поближе, обняла чтеца-декламатора и уткнулась в его рубашку. Колян обнял меня одной рукой, в другой у него была книжка. Скривив шею, он продолжал читать:

– «Улыбка на ее устах становилась все шире с каждой секундой приближения оргазма.

Я тоже перестала напрягать мозг, восторженно взвизгнула, обессиленно прильнула к мужу и почувствовала, как между нами заструилось что-то теплое – мои собственные слезы. Впрочем, от безудержного смеха немудрено было и обмочиться. Очевидно, Колян тоже это почувствовал, потому что сунул мне в руку книжицу, скороговоркой сказал: «Подержи, я на минутку!» – и убежал в туалет. Я глянула в раскрытую страницу, прочитала: «Она хотела умереть, но вместо этого уснула», – и согнулась пополам, умирая со смеху.

– Кыся, а зачем эта штуковина стоит на сиденье унитаза? – Колян высунулся из санузла, держа в руках конусообразную пирамидную верхушку.

– Это Масянька поставил, – ответила я, утирая слезы.

– А! А я решил, что это твоих рук дело, и задумался, чего ты хочешь: просто помочиться или чего-то более интимного?

Я всхлипнула и запустила в него бессмертным произведением. Прошелестев листами, книжка стукнулась о закрывшуюся дверь и упала на пол кверху обложкой.

– А это что такое? – Я подняла картонный прямоугольник размером со спичечный коробок.

Удивление в моем голосе заставило Коляна выглянуть из уборной.

– Это лежало между страницами. Я думал, это твоя закладка! – сообщил мне муж.

– Может, и закладка, но не моя! – Я перевернула карточку.

На другой стороне картонки обнаружилось золотое тиснение: три большие девятки.