Купидон с жареным луком

– И?

– Не спи! Смотри, все складывается: Соколов с огорода протопал во двор Буряковых, зашел в дом – дверь, разумеется, была открыта, тут это норма, а хозяева по какой-то причине отсутствовали…

– Семен за хлебом ходил, а бабка в сортире сидела, это я уже выяснил, – наконец-то включился участковый.

– Ну вот! Соколов вошел в дом – и прямиком в гостиную, цапнул под образами ларец с шишаком, тут же вышел, залез в ту клумбу и спрятал там ларец!

– И пошел дальше по хатам? – усомнился Митяй.

 – Ладно, предположим, он знал про бабкин шишак и шел конкретно за ним. Информация-то была не секретная, про шишак этот вся округа в курсе. А к тебе-то он зачем попер? Я что-то не слышал, чтобы у тебя какие-то родовые сокровища хранились.

– Резонный вопрос, – неохотно согласилась я.

В самом деле, не за папиным же хрустальным бокалом охотился этот уголовник!

– Может, он у меня спрятаться думал? Сколько дом стоял пустой, пока я его не купила, – полгода, год?

– Да даже поболе, – припомнил Митяй.

– Ну вот! Соколов мог не знать, что у этого дома появилась хозяйка!

– Слабенькая, конечно, версия.

– Сейчас я ее усилю, – пообещала я. – Слушай сюда: десять минут назад я нашла в буряковской клумбе перламутровую голову!

– Что ты там нашла?!

– Фрагмент инкрустации, украшающей крышку ларца!

– Да? – Митяй немного помолчал.

 – Слушай, а что ты делала в этой клумбе? Ночью! У тебя же в доме есть свой теплый сортир…

– Фу на тебя, Митяй! Как ты мог подумать! – обиделась я. – Вот с чего бы мне?

– Ну, мало ли… Может, живот прихватило так, что до дома добежать не успела… Или, может, ты это из чувства прекрасного – чтобы на свежем воздухе, да под луной, в цветочках…

Митяй захихикал, и я поняла, что надо мной откровенно издеваются.

– Ах, тебе смешно? Ну, тогда я тебе еще вот что скажу: я не одна была там, в клумбе под луной!

– Что, снова экстремальный бац-бац? – Митяй уже не хихикал, а ржал. – Как романтично!

– Да тьфу на тебя! – Я психанула и отключила связь.