Наследница Шахерезады

– Шевелись! – поторопила меня подруга.

Свою куртку – она у меня двусторонняя – я вывернула наизнанку, чтобы тем, кто меня увидит в мужском туалете, моя верхняя одежда запомнилась не синей, а кислотно-зеленой. Мне хотелось стать максимально неузнаваемой.

А очки я надела сразу по двум причинам: чтобы лучше видеть и не перепутать свой мобильник с чужим еще раз и чтобы спрятать за стеклами-«хамелеонами» глаза. Потому что я точно знала, что мне захочется их спрятать, как только я окажусь в помещении, битком набитом писающими мужиками!

– Все, пора!

Командующая парадом Ирка вручила мне ленту туалетной бумаги, чтобы я скрыла за ней, как за носовым платком, неуместные в женской уборной казачьи усы.

Я мужественно сказала:

– Приступим!

И мы вышли из кабинки, старательно игнорируя удивленные взгляды дам, использующих туалетные кельи поодиночке и скучно, без выдумки, не то что мы с подружкой.

В коридоре я скомкала и сунула в карман джинсов свой туалетно-маскировочный платок и сурово воззрилась на дверь мужской уборной, собираясь с духом для марш-броска.

Ирка достала мобильный и сообщила:

– Так, я звоню тебе!

Я одернула курточку и шагнула к двери.

И тут случилось непредвиденное.

Дверь открылась, и из нее вышла уборщица.

Одной рукой она толкала тележку, а в другой держала знакомый мне мобильник – осторожно, двумя пальцами, как дохлую мышку. И словно приветствуя мое появление, этот мобильник ожил и заиграл имперский марш из «Звездных войн» – позывной, установленный у меня на звонки подруги.

Моментально, без всяких раздумий и осмыслений, я поняла две важные вещи.

Нет, даже три!

Первое: у фройляйн уборщицы мой телефон.

Второе: она несет его в полицию.

Я уже слышала раньше, по радио то и дело объявляли, что за забытыми или утерянными вещами следует обращаться в полицию аэропорта.

И третье: недопустимо, чтобы жуткий план этой ужасной женщины увенчался успехом!

Вильнув на ходу, я проскочила мимо гостеприимно открытой двери в мужской сортир, еще ускорилась и на бегу выхватила у уборщицы музицирующий мобильник.

Ограбленная фройляйн тихо взвизгнула.

Сообразительная Ирка громко вскричала:

– Боже, эти мумбоюмбцы – настоящие дикари!

Умница подружка, создает ложный след!

Я еще поднажала и на скорости, очень близкой к первой космической, унеслась в неразличимую даль.

Нигерийских бегунов я наверняка посрамила.

24 января, 08.25

Добежав до ближайшего лифта, я спустилась этажом ниже.