Последний путь под венец. В костюме голой королевы

А экстренной уборкой захламленной территории занималась сонная и ко всему безразличная санитарка, и у меня не было полной уверенности в том, что она подобрала и правильно разложила по своим местам все валявшееся на полу. Хотя я отдельно попросила собрать все разбросанные ключи и положить их в накладной карман на боку моей сумки.

– Не лучшее место для ключиков, – не удержался от замечания мой милицейский друг.

– Зато оттуда их легко доставать, – объяснила я.

– Вот именно! – веско сказал Лазарчук.

 – Вытащит у тебя ключи от квартиры, где деньги лежат, какой-нибудь карманник, да и переквалифицируется в домушника…

– Так, Серый, не время для нотаций! – осекла разговорившегося майора Ирка. – Сейчас ключи на месте?

– Да.

– Все восемь? – уточнила я.

Обычно я ношу с собой связку всего из четырех ключей: два – от железной входной двери квартиры, один – от внутренней деревянной, и еще один – от служебного кабинета. Но муж перед отъездом оставил мне еще три важных ключа, сняв их со своей связки: от хозяйственной комнаты в подвале дома, от гаража и от почтового ящика.

А сынишка по собственному почину добавил к ним маленький ключик от своей копилки. Он у нас мальчик не жадный, всегда рад позаботиться о любимой мамочке.

– Четыре ключа на связке и столько же россыпью, – отрапортовал Лазарчук.

– Ну, вот и молодец, майор, на поставленный вопрос ответил исчерпывающе, – похвалила его Ирка. – А больше тебя ни о чем пока не спрашивали.

– Так это пока! Пока кое-кто не вляпался в очередную неприятность, – пророчески съязвил наш милицейский друг, выходя из палаты.

Петруччо узнал пугающую новость о несчастном случае с дядей Игорем ближе к вечеру, после возвращения из института.

Домашние уже все были в курсе и на взводе. Папа висел на телефоне, обсуждая состояние шурина с кем-то из знакомых медиков. Голос его был озабоченным, но с легкими нотками людоедской радости. Поскольку другой кровной родни, кроме сестры и племянника, у дяди Игоря не имелось, в случае его безвременной кончины семейство Щукиных неминуемо должно было разбогатеть.

Надо сказать, что таковая надежда грела душу Петиного папы уже много лет, хотя вслух об этом он никогда не говорил, потому что соблюдал приличия и боялся сглазить возможную удачу.

Мама возилась на кухне, варила диетический бульон. Сына она, ничего ему толком не объяснив, немедленно погнала в магазин за свежим кефиром.