Последний путь под венец. В костюме голой королевы

– Ладно, мадам, предположим, вы просто гуляли под луной, – коварно усмехаясь, начал майор. – И вот эти все черные узоры…

– Это такой макияж! – поспешила перебить его Настя. – Немного экстравагантный, конечно, но очень, очень модный.

– В определенных кругах, – кивнул майор, не уточнив, что имеет в виду круги ада, какие же еще. – Но зачем были эти ваши свечи?

– А если бы стало совсем темно? – парировала Настя.

– А зеркало?

– О Боги! Да какая же уважающая себя женщина не носит с собой зеркало?!

– И чем больше самоуважение, тем больше зеркало? – съехидничал Лазарчук.

Настино зеркало было размером с блюдо для торта.

– Ну, хорошо! – Уважающая себя женщина вздохнула и покорилась. – Так и быть, я расскажу вам все с самого-самого начала.

Капитан Морозов, уже успевший прослушать «все с самого начала», не сдержал легкого стона.

Майор покосился на него и засомневался:

– Может быть, не надо все с самого-самого?

– Нет, надо! – Настя уперлась. – Вот, слушайте.

Недавно мне приснился очень странный сон. Как будто у меня в прихожей, сильно мешая циркуляции позитивной энергии Ци, стоит большая деревянная скамья в виде фигуры кота, а на нее наброшено покрывало из маленьких кусочков меха. По Нострадамусу, такой сон может означать только одно!

– Всего одна версия? – майор выразительной гримасой выразил сомнения в профессионализме упомянутого Настей авторитета. – Не работал ваш Нострадамус в нашем уголовном розыске!

– По Нострадамусу, такой сон обещает мне крупные – вплоть до увольнения – неприятности на работе, – не сбилась Круглова.

 – Уходить из эфира я не хочу, так что в сложившейся ситуации вполне естественно было применить для воздействия на непосредственное начальство легкую безвредную магию.

– Естественнее некуда! – фыркнул капитан.

– Погоди-ка, Саша!

Лазарчук оживился:

– Это уже как-то похоже на правду… А кто же ваше непосредственное начальство, мадам?

– Главный редактор нашей телекомпании – Елена Логунова.

– Ага! – Майор щелкнул пальцами, как цыганская плясунья.

– Вы ее знаете? – обрадовалась Круглова.

– Увы, мадам, знаю!

Лазарчук показательно вздохнул и сделал такое печальное и многозначительное лицо – куда там Нострадамусу!

Капитан Морозов воззрился на него с интересом, Настя Круглова – с тревогой.

– Я знаю Елену давно. И должен вам сказать, мадам и месье, – доверительно и скорбно поведал присутствующим майор Нострадамус.