Шерше ля фарш

– Что-то вы, барышни, рано вернулись в родные пенаты, – мимоходом укорила нас бабуля, выруливая из ванной в банном халате, с тюрбаном из махрового полотенца на голове и маской из розовой глины на физиономии. – Гуляли бы, пока молодые да свободные!

– Вот, слышишь? Это не я, это народная мудрость гласит! – сказала я Трошкиной.

– Старость это, а не мудрость, – буркнула она.

– Я все слышу! – крикнула бабуля.

– Вот интересно, как телефонную трубку разрывающуюся снять или дверь открыть по звонку, так она глухая, а как подслушать что-нибудь, не для нее предназначенное, так у нее слух как у гренландского кита, – доверительно поделилась я со смущенной Алкой.

– Я вовсе не толстая! – покричала бабуля, явно вырвав из контекста гренландского кита.

– И поэтому спокойно можешь есть после шести! – покричала я в ответ. – Кстати, что у нас на ужин?

– На ужин будут лабутены, – сообщила мамуля, следуя по коридору из кухни и при этом не отрываясь от вычитки рукописи.

Мы с Алкой молча посторонились, освобождая ей дорогу.

Когда у нашей Баси Кузнецовой горит срок сдачи нового романа, ей лучше не мешать ни в чем. Проклянет, не задумываясь.

– Лабутены? – негромко повторила я.

– Чьи? – встревожилась Трошкина.

За время затянувшегося женихания с Зямой в нашу квартиру перекочевало немало ее личных вещей.

Я хихикнула.

Нет, я в курсе, что в стародавние голодные времена люди варили и ели сапоги, но лабутены? Сколько кожи в тех фирменных лодочках? Такую семью, как наша, точно не накормишь.

А если вспомнишь, сколько они стоят, еще и подавишься.

– Алка, не волнуйся, мама запоминает новые слова по ассоциации или по сходству звучания, – успокоила я подружку, с подозрением присматривающуюся к обувнице. – К примеру, ретиноевую мазь она называет рептилоидной, а капли «Лекролин» ассоциирует с французским кроликом.

– Почему?

– Потому что в некоторых аристократических французских фамилиях есть приставка «ле», а еще ударение на последний слог, – объяснила я. – Правда, этот способ не всегда помогает.

В последний раз мамуля вместо «Лекролина» потребовала в аптеке капли «Фонзайц», а такого лекарства пока не существует. Хотя название, я считаю, надо запомнить и использовать, оно очень звучное. В помпезном германском стиле.

Мамуля фыркнула.

– Мам, попробуй еще раз, – предложила я. – Что на ужин?

– Ламборджини? – предположила родительница.

– Уже лучше, – кивнула я.

Ламборджини, если с кожаным салоном, на всех хватит.