Стрела гламура. Кляча в белых тапочках

Уходя, я вежливо сказала охранникам, а также Анатолию и Семендяеву с Тараскиным:

– До свиданья, спокойной ночи! – и тут же виновато подумала, что последнее пожелание звучит как издевательство.

– Приходите чай пить! – брякнула Ирка, тоже переборщив с вежливостью.

Однако ее приглашение было принято всерьез, и через полчаса в нашем флигеле стало тесно, как в сказочном теремке. Не явились только Катерина и Вадим. Поскольку у молодых явно имелись какие-то серьезные личные проблемы, мы не стали беспокоить их повторным приглашением на чаепитие.

Ирке, которая озвучила призыв, отозвавшийся в массах, пришлось готовить чай и лепить бутерброды на всю компанию. Мы с Диной ей помогали, и это доброе дело нам зачлось.

Хлебнув горячего и оттаяв телом и душой, бравые парни Дмитрий и Александр проболтались, что выяснили личность самоубийцы. Собственно, сделать это не составило большого труда, так как покойник любезно носил с собой паспорт и гостевую карточку отеля, в котором он остановился сегодня утром. Еще при нем нашли ключи, бумажник с небольшим количеством денег и мобильный телефон без сим-карты.

– Тимофей Тимофеевич Проценко, одна тысяча девятьсот восьмидесятого года рождения, – заглянув в малиновую книжечку с гербом, сказал Александр.

– А-а-ах! – судорожно вздохнула Дина и поспешно зажала себе рот рукой.

Поскольку в руке у нее был бутерброд с сыром, кляп получился основательный.

– Выкладывай, что знаешь! – правильно оценив реакцию чувствительной девицы, потребовал проницательный Дмитрий.

Пришлось немного подождать, пока Дина справилась с бутербродом, но сразу после этого она с готовностью выложила:

– Знаете, кто такой Тимофей Проценко? Это же Тимка! Катькин Тим! Ее великая любовь!

– А этот тогда кто же? – простодушно удивился Анатолий и оскалился, как бультерьер, изображая зубастого Вадима Тараскина. Получилось очень похоже.

– Е-мое! – сконфузился Семендяев.

– Интересное кино! – почесал в затылке Колян. – То-то Катерина совсем не в себе! Звонила и мне, и Антону, и Анатолию, валерьянки просила.

Нет, валерьянка тут не поможет, нужен антидепрессант посильнее!

– Она и мне звонила, – вздохнула Дина.

– Динка, не мнись и не уклоняйся в сторону, плевать на валерьянку, рассказывай толком про Катькиного Тима! – потребовала Ирка.

– И с подробностями! – велела я.

Послушать про великую любовь мне всегда было интересно, а на этот раз особенно, так что я не пропустила ни слова из сенсационного рассказа Катькиной подружки.