Сеанс мужского стриптиза

Истеричные нотки в голосе супруга ей не понравились.

– Этого не может быть! Как же так? Кто посмел? – лопотал ошеломленный Суржиков.

– Что случилось, лапуся? – спросила Карина.

– А то и случилось, дура, что у меня бабки свистнули! – огрызнулся Иван Сергеевич, от волнения изменив своей обычной манере изъясняться культурно и вежливо.

Карина непроизвольно обратилась к окну, за которым еще минуту назад не только свистели, но также визжали и вопили какие-то бабки. Похоже, их тоже свистнули, потому что вся орава куда-то исчезла.

Карина пожала плечами и вновь обернулась к мужу, но у того было такое свирепое выражение лица, что женщина сочла за лучшее потихоньку убраться из комнаты.

– Убью! – бешено прошипел Суржиков.

Он закончил телефонный разговор и тут же снова застучал пальцем по кнопкам, набирая следующий номер. Кого именно он хочет убить, банкир не знал, но готов был сделать это с первым, кто попадется под руку.

Через полчаса в ворота банкирского особняка ткнулся взмыленный автомобиль – помесь иномарки «Шевроле» и отечественной «Нивы».

Из джипа-полукровки выбрался сухощавый молодой человек в белой рубашечке с галстуком и безупречно отутюженных летних брюках – Федор Капустин, начальник службы безопасности родного и любимого банка господина Суржикова. Подхватив с пассажирского сиденья плоский кожаный портфель, молодой человек придавил кнопочку электрического звонка у ворот и с интересом посмотрел на видеокамеру наружного наблюдения. Стеклянное око объектива было густо замарано красной краской. Федор усмехнулся, неодобрительно покачал головой и прошел в открывшуюся калитку.

– День добрый, Федор Николаевич! – без особой приязни поздоровался с ним охранник.

– Здравствуйте, Степа! Что у вас с камерой? – спросил Капустин.

– Эдичка вчера вечером в пейнтбол играл, выстрелил прямо в «глазок», – объяснил тот. – Отмыть не успели, вода не берет, специальный состав нужен.

– Понятно, – Федор кивнул и насмешливо посмотрел на лопоухого охранника, на шее которого краснели свежие царапины, оставленные ногтями агрессивных деревенских баб.

 – А вы, я вижу, в меру сил обороняли рубежи?

– И оборонял! – с вызовом пробурчал Степа.

– Плохо обороняли – хозяина-то вашего ограбили! – притворно скорбно вздохнул Федор.

– Он и ваш хозяин! – желчно молвил лопоухий страж.

– Начальник! – сказал Федор, поправив галстук, слегка отклонившийся от вертикали.

– Небольшая разница! – хмыкнул Степа.