Сеанс мужского стриптиза

 – Из бриллиантов с сапфирами?

Иван Сергеевич звучно скрипнул зубами, посмотрел в окно, еще раз мучительно скрипнул и, усилием воли удержав рвущиеся с губ ругательства, нарочито спокойно спросил:

– Откуда он мог знать мой пин-код?

– Возможно, вы оставили в доступном месте банковский конверт с пин-кодом, и его нашел кто-то из… домашних? – Федор осторожно кивнул на неплотно прикрытую дверь, за которой пряталась любопытная Карина.

– Ты меня за идиота держишь? – ощерился Иван Сергеевич. – Конверт лежит в сейфе!

– И секретный код вы никому не сообщали?

– Разумеется, нет!

– Значит, это какой-то фокус, – криво усмехнулся Капустин.

 – Вроде сеанса гипноза или чтения мыслей на расстоянии!

– Не скалься, Федька! – Суржиков снова заорал в голос. – Твое дело не хиханьки-хаханьки тут разводить, а фокусника этого сыскать и деньги мне вернуть!

– В милицию заявлять будете? – деловито спросил Капустин. – Или мне самому в ищейку играть?

– Самому, – отдышавшись, уже спокойнее сказал Иван Сергеевич.

 – Как тут заявлять? Самому себя на посмешище выставить? Ситуация-то донельзя идиотская, враги животики надорвут, друзья будут рыдать от смеха! Нет уж, ты у меня МВД, ФСБ и ФАПСИ в одном лице! Тряхни связями, вспомни милицейское прошлое и разберись с этим делом в лучшем виде. Главное – потихоньку, без лишнего шума!

– Ладно, – кивнул Федор. – Тогда давайте к делу.

До прихода на работу в банк он закончил юридический институт МВД и успел послужить оперуполномоченным в окружном управлении, так что навыки работы со свидетелями и на месте происшествия имел.

Уже через полчаса обозначилась фигура подозреваемого, вернее, подозреваемой.

– Горничная, – медленно, словно смакуя это старомодное слово, молвил Федор, с интересом рассмотрев белый крахмальный фартук с плоеными оборками.

Отутюженная деталь обмундирования горничной висела на плечиках в бельевой комнате.

– Это чистый передник, на сменку, а замаранный она с собой унесла, – поспешила пояснить экономка Луиза Карловна, чрезвычайно испуганная допросом, который учинил ей Капустин.

 – Нина сама свою форму стирает, нашей прачке не отдает, потому что у нее аллергия на стиральные порошки. Дома-то она хозяйственным мылом…

– Я так понимаю, на выходе прислугу никто не обыскивает? – уточнил Федор.

Охранник Степа, сопровождающий следственную бригаду в составе Капустина, Суржикова и Карины, нахмурился, смекнув, что этот камень полетел в его огород.