Рука и сердце Кинг-Конга

Юная красавица Лилечка в избытке насладилась мужским вниманием у светофора на пешеходном переходе, по которому она на своих пятнадцатисантиметровых шпильках ковыляла так медленно, что один из водителей не выдержал, посадил бедняжку в свою машину и совершенно бесплатно привез на работу.

Даже молодой бабушке Вере Осиповне выпал шанс проявить игривость! Упав в мокрый снег, она запачкала юбку, и какой-то кокетливый старец любезно потянулся ее отряхнуть.

В связи со всем вышеизложенным раскрасневшиеся бухгалтерши, проказливо хихикая, постановили писать наступившее «обледение» с буквой «я» в середине – как производное от известного неприличного слова.

Марьяна вполуха слушала разговоры коллег и уныло помалкивала. В ее жизни ледниковый период тоже наступил, но выглядел совсем иначе – далеко не так весело и увлекательно. Любовь-сосулька натворила дел! Обледеневший мир для Марьяны сузился до размеров проруби, по форме и величине совпадающей с фоторамкой десять на пятнадцать сантиметров. В этой рамке, установленной на прикроватной тумбочке под углом, позволяющим увидеть ее сразу по пробуждении, помещался любительский снимок Марьяниного нового божества.

Эту оригинальную иконку влюбленная женщина смастерила сама, запечатлев кумира на камеру мобильного телефона из окна второго этажа в сумрачный денек, ознаменовавшийся поздним снегопадом. Толком разглядеть припорошенную снегом фигуру на снимке не представлялось возможным, что и сподвигло Марьянину матушку, бывшую учительницу русского языка, при первом взгляде на дочкино фотохудожество с чувством продекламировать:

– Белая береза под моим окном принакрылась снегом, словно серебром!

– Какая береза, мамусь! Это же мужчина! – досадливо возразила Марьяна, умудрившись произнести последнее слово так, словно оно состояло из одних заглавных букв.

– Клен ты мой опавший, клен заледенелый! – Мамусь легко поменяла цитату.

По сути она оказалась абсолютно права. Новый бог проявлял к влюбленной в него Марьяне такое равнодушие, словно он и в самом деле был деревянным и примороженным.

И это при том, что за два дня пылкая неофитка, проявив чудеса изобретательности и предприимчивости, сумела встретиться с объектом своего поклонения не менее десяти раз, заодно узнав немало интересных подробностей текущей земной жизни неотзывчивого божества.

Кумир носил роскошное имя Всеволод Полонский и состоял в рекламном агентстве с менее красивым трехбуквенным названием «МБС» в загадочной, но интригующей должности креатора.