Синдром звездочета

 – Это же итальянский бутик, ценник у них…

– А ты разбираешься в дизайнерской одежде. – Польщенный франт щелчком сбил с рукава невидимую пушинку.

– Ты просто бирку не срезал, она так и болтается сбоку, – просветила его безжалостно честная подруга и рывком выдернула означенную бирку из-под борта щегольского пиджака. – Вот так лучше.

– Грацие. – Любитель итальянских шмоток слегка смутился, но тут же оживленно завертел головой. – Куда пойдем, что тут есть интересного?

Я поняла, что это вопрос ко мне: из нас троих только я в северной столице не гощу, а живу.

Я собралась, сориентировалась и махнула рукой в тенистую даль:

– Вон в той стороне мультимедийный парк «Россия – моя история», там все такое познавательное и духоподъемное…

– Это, конечно, очень интересно… – Архипов скис.

– Или можем пойти в легендарную «Пирожковую на Московском», она тут совсем рядом, – со смехом закончила я.

– Второй вариант! – за всех решила Ирка и подскочила со скамейки. – Веди нас! И рассказывай, что за пирожковая, почему я о ней в первый раз слышу?

– Я там тоже побывала совсем недавно, – призналась я.

Многие жители и гости Санкт-Петербурга знают пышечную на Большой Конюшенной, но не всем известен другой гастрономический аттракцион в духе «Назад в СССР» – «Пирожковая на Московском».

– Там все по классике, – рассказывала я друзьям, пока мы бодро шагали к этой достопримечательности. – Кофе с молоком из бака и вкуснейшие недорогие пирожки. Персонал, как положено, тетушки формата фрекен Бок, – пышные, все в белом и со строгими лицами.

Интерьер в стиле совкового минимализма, зал маленький, но это компенсирует прекрасный анахронизм – совершенно европейский уютный летник. А пирожков в меню я насчитала двадцать восемь видов!

– Неплохо, – кивнул Архипов.

Ирка наморщила лоб и начала загибать пальцы, явно прикидывая, известно ли ей столько начинок. Судя по тому, что ее лоб не разгладился, пока она не увидела меню, подруга таки узнала что-то новое.

– Вот только чашки, в которые кофе наливают, неправильные – мелкие, тут нужен граненый стакан, – нашел-таки недостаток Архипов, получив заказ.

Он жутко дотошный и въедливый, наш приятель Вадик. Качества, нам с Иркой не присущие – нас с подругой отличает широта души, а меня еще и некоторое разгильдяйство: упорядоченность мне претит, я предпочитаю творческий хаос. Ирка, правда, дама хозяйственная, но при этом не мелочная, а вот Архипов – крохобор, каких мало.