Лурик – лунный кот

–Так, значит, взрослые тебя тоже видят? Раз ты – навсегда? И Ольга Александровна в художке тоже поняла, что кувшин – это ты? – сыпала вопросами Даша.

– А сама как думаешь? – свесив хвост вниз и качая им, как маятником у часов, спросил Лурик.

– Ольга Александровна всегда говорит, что надо уметь видеть необыкновенное в обычном, иначе какие мы художники! Значит, она тебя тоже когда-то видела и теперь знает, что ты есть, – рассуждала Даша.

– Правильно! Лур, – довольно лурчал кот.

– А почему тогда для меня ты – кот, для папы – статуэтка богини Баст, для Лили – медный кувшин? И почему ты приходишь днём, если ты лунный? Разве ты не должен приходить ночью?

– Ты любишь животных и даже играешь в них в своём планшете.

А в ночь, когда я пришёл к тебе, ты играла в котиков!

Даша слегка покраснела.

– Лур! Поэтому я для тебя – кот. Лунный кот!

– А про Лилю расскажи, Лурик! Мне интересно узнать про кувшин! – торопила Даша.

– Ты узнаешь ответ на этот вопрос.

Ты ведь умная девочка. Лур!

Лурик выпрыгнул из гамака и стал его распускать, сматывая серебристые нити передними лапами в огромный светящийся клубок. Он довольно лурчал и не собирался продолжать беседу.

– Лур, тебя ждёт мама, иди пить чай. И обязательно послушай сегодня папу, хотя ты и не любишь его рассказы!

На глазах у изумленной Даши Лурик ловко метнул клубок в открытую форточку, и на небе появилась полная луна. Лурик снова исчез. На подоконнике, отливая серебристым и голубым, стояла статуэтка богини Баст.

Глава восьмая. «Тэкода и Макки»

На подоконнике, отливая серебристым и голубым, стояла египетская статуэтка. Даша подмигнула лунному коту и вышла из своей комнаты.

Мама Даши очень любила уют и порядок. Она говорила, что у каждого дня есть особое настроение. Нужно уметь понять его, услышать, как мотив песни, как прекрасную мелодию, и сделать что-то особенное.

Поэтому мама могла неожиданно поменять скатерть на столе, достать другие чашки, повесить новые шторы, поставить в вазу необычные цветы.

Так она создавала неповторимое Сегодня. Вот и сейчас на круглом кухонном столе была скатерть, вышитая разноцветным геометрическим орнаментом, и стояли керамические чашки, повторявшие рисунок на скатерти.

Даша, остановившись на пороге, рассматривала своих родителей.

Папа немного ниже мамы, он уже начинает лысеть, но это ему даже к лицу: он весь круглый и добрый.