Светлый оттенок тьмы

Ирвальд заскрежетал зубами от злости, однако не нашёлся, что сказать. Он опустился в кресло и вцепился когтями в подлокотники.

– У Авгура полно незамужних дочерей. Они с удовольствием вступят в брак.

– Женщины, как правило, ничего не решают, Ирвальд, – осторожно сказал Малис, – нам нужен мужчина в Равнинах. Тот, чьё слово будет иметь вес. Мы выберем семьи, где нет наследников мужского пола, и заключим брак. Владыка будет управлять землями Равнин и передаст их своим сыновьям.

– Они пойдут на это?

– Пойдут.

– Но нас и так мало!

– Ты можешь иметь ещё наследников, Ирвальд. Если твоя человеческая жёнушка больше не способна рожать, тебе стоит ещё раз жениться.

Взгляд Ирвальда потемнел, а скулы пошли синими пятнами. Кресло под ним задрожало, подпрыгивая на каменном полу. Лишь большим усилием воли ему удалось усмирить ярость, рвущуюся наружу. Если бы не огромное уважение, которое каждый владыка испытывал к Совету, он бы с удовольствием сломал бы Малису челюсть.

Вершитель понял, что наговорил лишнего, и спрятал заигравшую было на губах усмешку.

– Хорошо, князь, я не стану указывать тебе, что делать. Но я всё же настаиваю на браке. Один из твоих сыновей должен уехать в Равнины, причём, не отлагая. Таково решение Совета.

– Почему же тогда здесь лишь вы двое?

– Остальные заняты тем, что устраивают этот брак. Поверь, это не так уж легко – склонить выгодные нам семьи на брак с владыкой.

– Девицы Равнин довольно недурны собой, – неожиданно добавил Савой.

– Я подумаю, – сказал Ирвальд, вставая.

– Нет, – твёрдо ответил Малис, – ты не волен выбирать, князь. Твой долг – поступать во благо Межгорья. И в следующее новолуние будет свадьба. Иначе… Ты понимаешь, Ирвальд, что иначе не будет. Ведь мы можем надавить на тебя через Авгура, а мне бы этого не хотелось…

– Я не смею перечить Совету, – сквозь зубы процедил Ирвальд, – так и быть.

***

Он покинул замок довольно быстро. Выбежал во двор и громко свистнул конюшим, чтобы привели ядокрыла, вскочил ему на спину и поднялся к облакам.

Малис Яр наблюдал, как далеко в небе сверкают золотые точки копыт. Когда они совсем скрылись из виду, он отошёл от окна и опустился на трон. Глубокие морщины прорезали лоб владыки, а ноздри широко раздувались при каждом вдохе.

– Кош сдержит слово, – сказал Савой.

– Знаю.

– Надеюсь, ты доволен.