Прореха в пространстве реальности

Нет, если нас убьют, как она сама здесь выживет. Надо было уходить, может уже добрались бы до какой-нибудь деревни.

– Впустите, – слабый мужской голос из-за двери, сорвался.

– Не открывайте, – прошептала я.

– Елена, надо помочь. Вдруг он знает, как завести поезд и тогда мы поедем. Мы же не осматривали машинистов, просто вытащили их отсюда.

И она открыла.

Увиденное чуть не заставило и меня орать не своим голосом. Я сидела, вцепившись в кресло и не могла пошевелиться. И это очень хорошо, иначе я бы точно закричала.

В неверном свете костра он казался черным. Только влажно поблескивала голова. Он как будто весь был в крови. Но нет, это было только первое впечатление. Голова у него действительно была в крови, и много накапало на рубашку. Но в остальном он был более – менее в порядке.

– Что с Вами произошло? – шепотом спросила я.

– Не знаю, какие-то люди в масках. Искали кого-то вроде.

– А где мы? Я не помню такой дороги.

– Мы далеко от обычного пути. На всей скорости около трёх часов гнали.

В другую сторону. Эта дорога не используется уже давно. Считается очень опасной, здесь какие-то раскопки велись и откопали что-то не то. То ли газ, то ли жидкость. В общем тут люди стали пропадать. Раньше много деревень было вокруг, но люди разбежались. Кто смог.

Слова довались ему с трудом. Он говорил еле слышно. И видно было какая сильная боль мучала его. Мне было жаль его, но узнать о том, что здесь произошло было необходимо. Для спасения дочки.

– А что стало с пропавшими? Их нашли?

– Не всех.

Но тех, кого нашли, даже спецы смотреть не могли, потом говорят всякая муть снилась. Типа они этих и во снах видели и как будто они потом за ними и в реальности ходили. Только что голову повернешь и нет никого. Как будто, все что тут происходит потом из головы не убрать. Некоторые даже стреляли в них, но попадали в себя. В общем что тут происходит я не знаю. Но мне не по себе делается. А что с пассажирами-то?

– Там только тела остались. Они стреляли во всех, наверное.

Проводницы и пассажиры по купешкам.

– И многих ты видела?

Одну проводницу только и одного из купе. В остальные не совались.

– Я в некоторые заглядывала, – сказала Ульяна Владимировна.

– Зачем? – я удивленно повернулась к ней.

– Ну мало ли? Вдруг там живые были бы.

– Понятно, – со вздохом произнесла я и закатила глаза.

Что за женщина. Зачем было соваться. Или может она лучше меня? Она не только о себе заботится.