Подаренная звёздами

Ариадна сняла с себя последний элемент одежды и, почувствовав прохладу, плотнее прикрыла дверь. Я усмехнулся, еще ни одна закрытая дверь не была преградой для достижения моих целей. Прислонившись спиной к стене, так сказать, от греха подальше, я принялся глазами отыскивать знак, стараясь не делать при этом резких движений. Девушка внезапно замерла, будто почувствовала чужое присутствие, и удивленно оглянулась по сторонам. Но увидеть невидимку практически невозможно, и Ариадна лишь недоуменно пожала плечами.

Ее стройная фигура с плавными линиями, с невероятно бархатной упругой кожей, конечно же, будоражила мое сознание, но, напомнив себе, что я здесь по делу, я заставил себя сосредоточиться на родимом пятне. Магический символ представлял собой уже знакомую форму спирали, в центре которой сияла семиконечная звезда. Эта девушка являлась Избранной, а внешне была похожа на незнакомку из моего очень далекого прошлого. Это никак не укладывалось в моей голове, да и вообще, разве такое может быть? Неужели, судьба все-таки сжалилась надо мной и преподнесла утешительный приз, правда, меня забыла спросить, а нужен ли он мне сейчас? Не скрою, Ариадна была красива, и, если интересовала меня, то только, как просто-плюс-еще-одна-девушка к моему бесконечному списку любовниц. Ее врожденное «тату» находилось внизу живота. На этом участке тела символ смотрелся очень эстетично и сексуально, впрочем, где бы сей загадочный знак ни располагался, он придавал своим хозяйкам какое-то особое, таинственное очарование. Эти девушки всегда были наделены какими-то чарами. Я почувствовал это еще тогда, когда впервые столкнулся с ними, и чувствую сейчас. О крови Избранных можно слагать дифирамбы: ее запах, чем-то напоминающий аромат дикого меда, как-то странно воздействовал на вампиров. Выразительно вкусный, дразнящий, он словно сладкий яд усиливал жажду и против воли пробуждал древний, первобытный инстинкт зверя. А всего одна капля этой уникальной жидкости дарила вампиру бесконечное блаженство и наслаждение. Меня уже охватило лихорадочное возбуждение. Все симптомы «отравления» проявились почти сразу, как только я взглянул на обнаженную Ариадну, и с каждой секундой они только усиливались, превращались в пытку. Кажется, я ошибся. Недооценил ее чудесных врожденных способностей. Моя нахальная самоуверенность одурачила меня.