Запрет на прошлое

Но должна сказать, что нас сюда никто не звал, так что нам некого винить, кроме самих себя.

Никита крепче прижал меня к себе. Почувствовав заботу, я попыталась улыбнуться своими распухшими, непослушными губами, но не смогла. Попытка растянуть губы вызвала боль и еще больше повредила и без того воспаленную кожу.

Совсем недавно за крепкий «дух», за умение противостоять боли, я нарекла четырехлетнего мальчика стойким оловянным солдатиком. Прошло триста лет, и сейчас этот мальчик находился рядом со мной.

Он старался изо всех сил помочь, поддержать и защитить меня от холода и боли.

Я думала о мужской силе и доброте, о крепком характере и дружеском единении, о парне и девушке, которые по воле случая оказались в непростой ситуации. Никита – вампир, а рядом с ним находилась та, которая могла бы накормить его своей кровью, но он наотрез отказался от моего предложения, и вскоре заметно ослаб.

– В то время, когда я буду наслаждаться твоей кровью, ты будешь медленно умирать от голода и жажды.

Такого исхода я не приемлю. Только вместе. Вместе будем продолжать искать выход, вместе голодать и, если, кому-то там угодно будет, то и умирать будем вместе, – упрямо твердил он.

Когда мы в очередной раз упали на пол пещеры, совершенно обессиленные, уставшие и голодные, я не выдержала и протянула ему свою руку.

– Пей! – приказала я, едва ворочая языком.

– Нет. Я все сказал.

– Пей, – снова повторила я, привалившись спиной к холодной стене пещеры, – иначе вместе погибнем.

Никита, сейчас все идет к тому, что мы оба лишимся последних сил. Что в этом хорошего? Пусть они останутся хотя бы у одного из нас. Возможно, когда у тебя появятся силы, ты сможешь и для меня найти что-нибудь съедобное, – я снова попыталась улыбнуться. Кожа на чудовищно распухших губах треснула, и я почувствовала, как по подбородку потекли струйки крови.

– Найти хоть что-нибудь, – машинально повторил Никита, продолжая сопротивляться. Он пытался отодвинуть от себя мою руку, но я упорно возвращала ее обратно, а из ранок на моих губах продолжала сочиться теплая кровь.

– Найти, – снова повторил Никита, словно загипнотизированный.

Как говорится, голод – не тетка, и тут пойдешь на любые поступки, лишь бы выжить. Запах свежей крови взбудоражил его сознание, и уже в следующую секунду он вонзил свои клыки в мою руку. Жадно приникнув губами к «божественному» нектару, Никита глубокими глотками утолял свою жажду.