Запрет на прошлое

Невольно улыбнувшись, я с благодарностью взглянула на Дана. Он кивнул, словно догадался о моих мыслях, и подарил мне теплую улыбку.

Четыре часа пути и наша машина, наконец-то, въехала на территорию красивой дворянской усадьбы. Я с нескрываемым любопытством принялась рассматривать внешний вид дома, отметив про себя, что он существенно изменился, и сейчас напоминал особняк девятнадцатого века, органично вписавшийся в окружающий его парк. Машина еще не остановилась, а к нам уже спешил молодой человек. Он открыл дверцу автомобиля с моей стороны, и подал мне руку.

– Добрый день, – сдержанно поприветствовал он меня, задержав взгляд на моем лице.

– Здравствуйте, – я приветливо улыбнулась ему.

Дан вышел из машины, обменялся рукопожатием с молодым человеком, затем представил нас друг другу.

– Ариадна, позволь представить тебе Никиту.

– Очень приятно, – я протянула парню руку для рукопожатия.

Незнакомец был чертовски привлекателен, высок и довольно хорошо сложен. В его больших карих глазах светилось любопытство, а на красивом умном лице, обрамленном густыми каштановыми волосами, играла приветливая улыбка.

Судя по наружности, мы с ним были ровесниками: на вид ему было лет двадцать, а самому старшему из нас, то есть Дану, приблизительно двадцать шесть.

– Никита, проведешь для нас экскурсию по дому? – на лице Дана появилась улыбка, когда он заметил, с каким любопытством я посматриваю по сторонам.

– С удовольствием, – произнес юноша и попросил нас следовать за ним.

Несмотря на то, что современный стиль дизайна существенно отличался от дизайна восемнадцатого века, некоторые элементы елизаветинского рококо все еще присутствовали в интерьерах дома.

На меня снова нахлынули воспоминания, и мне пришлось вновь пережить моменты моего пребывания в прошлом. Я слегка улыбнулась, вспомнив, как рыдая от безысходности, летела верхом на вороном в длинном платье с большим количеством подъюбников, что было неприемлемо для того периода времени. Юбки задрались чуть ли не до колен, открыв мои длинные стройные ноги для всеобщего обозрения. Вспомнила Аксинью, которая оказалась талантливым кулинаром, и ее сына, маленького мальчика Никитку. По возвращению домой из прошлого, я попросила мужа рассказать о судьбе служащих усадьбы. Он пообещал это сделать, но только немного позже, не объяснив почему.

– А где же наши сундуки? – я обеспокоенно взглянула на Дана, когда осмотр дома почти закончился, краем глаза заметив, как юноша недоуменно нахмурил брови.