Не трогай меня

 – И, вообще-то, я должна была учиться в Колорадо, но родители запихнули меня сюда, – забавно надувает она губы.

Я, наверное, должна спросить «почему», как-то поддержать светскую беседу? За три года заточения я отвыкла общаться.

– Почему? – выдавливаю из себя.

– Ну, ты видела Рональда, – она снова улыбается. Её улыбка становится лучезарнее. – Родители убеждены, что он плохо на меня влияет, и устроили нам эту возможность побыть подальше друг от друга. Они считают, что и месяца не пройдёт, как я забуду его.

– А что думаешь ты? – мне и правда становится интересно.

– Боюсь, что Рональд не позволит мне забыть. Он останется здесь, в Нью-Хейвене, уже даже снял квартиру и нашёл работу. В общем, мы будем видеться.

Мой взгляд невольно становится строгим.

– Нет-нет-нет, не переживай, – сразу успокаивает меня Самер, читая этот взгляд. – Встречаться мы будем не здесь. Я поняла, что парням сюда нельзя. Похоже, выбор общежития – не случайность, – она криво усмехается. – Родители специально запихнули меня в это общество феминисток.

Она падает на кровать, так что её золотисто-рыжие кудряшки веером разлетаются по подушке. Мечтательно вздыхает, недолго разглядывает потолок, а потом переворачивается на бок, подпирая подбородок рукой, и смотрит на меня.

– Расскажи что-нибудь о себе. У тебя есть парень?

О, боже. Вот именно к этому я подготовиться не успела. У меня не заготовлено стандартных ответов на подобные вопросы. На ум приходит просто «нет», но этого будет недостаточно. Поэтому…

– А ты не думаешь, что твои родители правы? – изображаю на лице задумчивость.

Делаю вид, что не слышала её вопроса. – Может, тебе и правда стоит отдалиться от Роберта?

– Рональда, – поправляет меня Самер.

– Да, прости, Рональда, – посылаю ей виноватую улыбку.

– Но я не могу расстаться с ним, – она упрямо качает головой. – Он всё бросил и поехал за мной, как я могу так поступить с ним?!

Резонно. Да и кто я такая, чтобы лезть в чужую жизнь?

– Но ты не ответила на мой вопрос, – вторгается в мою головы назойливый голос новой соседки.

 – У тебя же просто обязан быть парень. Какой-нибудь статный бизнесмен или сексуальный спортсмен, – хихикает она и канючит, как маленькая: – Ну, расскажи!

– Нет, у меня нет сейчас никого, – сдаюсь я. – Я, как и девяносто процентов американцев, хочу заработать себе социальный статус, – добавляю с серьёзным лицом.

– А как же любовь? Отношения? Чувства, от которых сгорает всё тело? – лицо Самер делается мечтательным.