Выходи не за меня

Жизнерадостно посмеиваюсь и старательно тяну время, потому что мы не обсуждали этого с Ви. Но она вполне может продолжать сниматься обнажённой. Могу ли я запретить ей это?

Ответ напрашивается сам по себе – могу. И наверняка сделаю это. Теперь она Васкес, хотя бы на ближайший месяц. И она должна носить мою фамилию с достоинством.

Открываю рот, чтобы ответить, но меня перебивает сама Вивьен.

– Мои съёмки в стиле ню были, скорее, временным увлечением, – она одаривает окружающих приветливой улыбкой. – И это мне надоело.

Скорее всего, я вернусь к модельному бизнесу…

Она говорит без капельки сомнения или стеснения, словно говорит не об обнажёнке, а о чём-то обыденном. Мне нравится, что она всегда знает, как ответить.

– Но ты же можешь совсем не работать, – продолжает копать Колин. – Крис в состоянии тебя обеспечить. Правда, Кристиан?

Брат мне подмигивает. Провоцирует меня, чёрт возьми. Все мы здесь понимаем, что такое модельный бизнес. Осознаём, как он далёк от нашего мира.

– Мне нравится то, что делает Ви, – отвечаю брату, пожимая плечами.

Мои глаза тоже азартно вспыхивают. – Ви самодостаточная и точно знает, чего хочет. Я её муж, а не нянька.

Пенальти в ворота брата успешно забито. Его молоденькая, абсолютно несамостоятельная жёнушка в подметки не годится Вивьен. Колин это знает.

Однако своим выпадом в защиту Ви я вызвал негодование отца. Его тяжёлый взгляд направлен мне прямо в лицо, и я сразу сдуваюсь.

Боже, как я устал от этого вечера… Мечтаю лишь об одном, чтобы все, наконец, испарились.

Чтобы что, Крис? Чтобы остаться с ней наедине? Только вот что ты с ней будешь делать? Наедине!

Исподтишка смотрю на Вивьен. Она разглядывает свой безупречный маникюр и теребит новое кольцо на пальце. Потом совершенно неожиданно длинные ресницы вспархивают, и её взгляд выстреливает мне в глаза. А я тут же тону в зелёном омуте…

Посторонние звуки приглушаются. Присутствующие словно исчезают. Будто мы одни в этой столовой. И почему мы не одни, чёрт возьми? Воображение рисует образ обнажённой Вивьен на этом столе.

Мои губы на её горячем податливом теле. Будет ли её тело податливо теперь, когда она стала моей женой? Или она продолжит сопротивляться и изображать из себя недотрогу?

И почему я всё ещё об этом думаю?

Моргаю и с огромным трудом разрываю наш зрительный контакт. Моя рука перемещается на спинку стула, на котором сидит Ви. Я её даже не касаюсь, хотя напряжённая спина девушки становится ещё напряжённее.