Близкая чужая

Исаев уже очень давно работает в сфере логистики и сильно преуспел в этом деле. В общем, маме повезло – он завидный жених. Но мама любит его не за деньги, она у меня вообще некорыстная. А ещё он очень красиво за ней ухаживал…

Помню, как она сказала мне однажды: «С ним я чувствую себя двадцатилетней и влюблённой по уши. Ни с чем не сравнимое чувство».

Не знаю, может быть.

Мне, кстати, двадцать. Но я ни в кого не влюблена, увы.

Прогуливаясь по дорожкам вокруг дома и разглядывая красоту, которую и здесь навели дизайнеры, замечаю ещё одно авто, которое втискивается на переполненную парковку, чуть ли не распихивая остальные машины.

Эта тачка… Она, безусловно, очень дорогая. Роскошная. Что-то типа спорткара.

Дверь открывается нестандартно – вверх. Сначала появляется нога. Чёрные джинсы, тяжёлый ботинок…

Подхожу ближе к двери, не сводя глаз с машины.

Вслед за ногой появляется всё остальное. Высокий крепкий мужчина. В кожаной куртке поверх белой рубашки. Запястья и пальцы обвиты множеством тату.

А на шее просто черно от росписи.

Я невольно вздрагиваю…

Он неторопливо опускает дверцу, ставит авто на сигнализацию. Оглядывается по сторонам и направляется к двери.

А я вот пускать его не намерена! Этот человек явно ошибся адресом.

Может, блогер какой-то? Папарацци?

Не удивлюсь, если у Исаева имеются и преследователи.

Мужчина замечает меня возле двери и немного хмурится. Я тоже хмурюсь и окликаю его:

– Вы к кому?

Он не отвечает, а сразу шагает ко мне, засунув руки в карманы джинсов.

Подходит ближе, и я понимаю, что его внешность намного более неординарна, чем показалось на первый взгляд.

Небрежная шевелюра тёмно-русых волос. Густая поросль на подбородке. Татуировки с шеи поднимаются к голове и уходят под волосы. Угольно-чёрные глаза под нахмуренными бровями проделывают в моём лице дырку.

– Я на свадьбу, – бросает он и собирается обойти меня, чтобы зайти в дом.

Неуверенно преграждаю ему путь.

– В качестве кого? – голос предательски подводит, превращаясь в писк.

Мужчина делает шаг назад. Ухмыляется.

– А ты секьюрити? – проводит по моему платью липким взглядом. – Всё, мне уже страшно, я сдаюсь… – поднимает перед собой руки. – Делай со мной, что хочешь.

Я пропускаю мимо ушей его неуместный прикол и, сохраняя вежливый тон, спрашиваю:

– Кто Вы?

– Гость.

– Уверены? – прищуриваюсь.

– Более чем, – его губы вновь кривятся в улыбке. – А что? Не вписываюсь?

Вообще-то, нет.