Ещё ближе

Иначе время на тренировки в зале пришлось бы увеличить часов на десять.

Поднимаю крышку со сковороды. Запах выпечки буквально кружит голову. Это булочки. Вроде бы из слоёного теста. Зажмуриваюсь.

Вашу мать… Что эта девушка со мной делает?

Повернув голову, смотрю на застывшую рядом Соню. Она нервно сглатывает и теребит край своей футболки, в которой я уже видел её этой ночью. Правда, теперь из-под футболки торчат джинсы. Соня спрятала в них свои прелестные ножки. Но обнажила другое своё достоинство – умение готовить.

– Я что-то не так сделала? – робко спрашивает она.

Наверняка я сейчас выгляжу как безумный.

Усмехаюсь.

– Всё так. Они готовы? – киваю на булки.

– Да, почти. Нужно только ещё один раз перевернуть.

– Хорошо, – положив крышку на место, буквально отрываю себя от плиты, чтобы пропустить к ней Софию. Сам сажусь за стол и отодвигаю тарелку с яйцами подальше. – Можно мне кофе?

– Да, сейчас, – отвечает девушка, суетясь на моей кухне.

На меня не смотрит, а вот я наблюдаю за ней в оба глаза.

Вчера мы так и не договорили. Если деньги из кассы действительно взяла не она, то значит, её кто-то подставил. Какой-то там её парень или кто-то ещё.

В моём, блять, клубе завелась крыса! Которая не просто ворует, а подставляет под удар других людей.

Но сейчас меня всё же беспокоит другое. Если Соня не брала деньги – а это вскоре выяснится, то она смело сможет уйти. Я не смогу её задерживать. Только сейчас, пока она «под следствием», я считаю себя вправе держать девушку рядом.

Соня наконец подходит к столу с чашкой кофе в одной руке и тарелкой с булочками в другой. Румяная корочка… сквозь тесто проступает вишнёвый джем… Булочки выглядят очень аппетитно. Рот наполняется слюной.

Она сделала этот шедевр на сковороде?

Гениально!

– А яйца? – с недоумением смотрит на тарелку.

– Позже, – отмахиваюсь и, схватив булку, тут же в неё вгрызаюсь. – Мать вашу! Это просто оргазм!.

Отхлебнув кофе, налегаю на выпечку. Просто не могу остановиться. Быстро зажевав целых три, перевожу взгляд на Соню. Её щеки зарумянились. Она наблюдает за тем, как я ем. В глазах – удовлетворение и даже восхищение.

Сейчас моя эйфория уляжется, и я наверняка отругаю Соню за то, что она сделала. Но ведь она не знала… Не знала, что её начальник как нарик, и его наркотик – глюкоза.

Я даже к доктору ходил. Только к диетологу, правда.