Огенея, или 72 дня из жизни астронавта

Она простирается дальше, за горизонт событий, и оттуда к нам приходят такие понятия, как душа, вечность и смысл. Если душу и вечность философы, метафизики и церковные служители как-то смогли облечь в каноны и догмы, упаковать в дорогую бумагу законов и перевязать шёлковыми лентами правил, то смысл остался на обочине. Им все вращают, как жонглёр в цирке факелом: выглядит впечатляюще, но посещающая тебя мысль, что тебя попросту дурачат, не покидает и остаётся навсегда. И когда она вновь всплывает в твоём сознании, от неё уже никак не отделаться, приходится самому или при помощи собеседника искать ответ на этот извечный вопрос: для чего мне дана жизнь и что мне с ней делать?

Успешно пройдя первую неделю подготовки, мы решили закатить небольшую пирушку.

Собрались в самом популярном астробаре нашего городка исследователей экзопланет. Он находится на последнем уровне и называется «Точка невозврата». Тристан обещал всем купить по «вихрю» – это такой новомодный коктейль. Надо сказать, что этот бар не самое безопасное место, но нам было всё равно, мы вышли в следующий тур, и это стоило отметить. Такие места идеально подходят для «выяснения» отношений, поэтому тут часто бывают «стычки» по самым разным поводам. «Зачинщиков» даже не ищут, и этим все пользуются. Астронавты не самые мирные жители на Земле.

В баре было полно народу: большинство, как и мы, праздновали успешно пройденную первую неделю, остальные были или постоянными посетителями, или только что вернувшимися с полёта астронавтами.

Вечер обещал быть интересным.

Мы сидели за столом, ребята рассказывали смешные истории. Мы хохотали и болтали на самые разные темы. В какой-то момент я так увлёкся рассказом Камира, что не заметил, как мы остались вдвоём. Остальные разбрелись по залу.

Общаясь с Камиром, погружаешься в мир научных аппаратов и умных конструкций. Он специалист по машинам и механизмам. У него какое-то чутьё на поломки, он всегда знает, что и где сломалось. Умеет найти главное и отсечь второстепенное.

Скромный и галантный, суровый и принципиальный. Любит классическую музыку, поэтому мы не удивляемся, когда из машинного отделения доносится Бах, Моцарт или Григ.

Я огляделся. Селестия общалась с какими-то бородатыми астронавтами, одного из них, кажется, зовут Кио, он из «пятой волны». Селестия – врач. Самый взрослый и опытный член команды. Её зачислили к нам в виде исключения, благодаря глубоким познаниям в медицине и прекрасному здоровью.