Огенея, или 72 дня из жизни астронавта

Капитан не принимает ни одного важного решения, не посоветовавшись с ним. Мы же его сторонимся, потому что он нам как-то сказал, что «видит» одни противоречия и несовершенства в каждом из нас.

То, что мне сказал, до сих пор свежо в памяти: «Итер, мне было видение о тебе. Ты сыграешь значительную роль в нашем путешествии. Будь твёрд в своих намерениях».

Вторая неделя подготовки

База «Немо». Находится в Тихом океане, в самой удалённой точке от какой-либо суши на Земле. «Полюс недоступности». В нём люди особенно остро ощущают ужас одиночества.

Опытные астронавты говорят, что это чувство очень похоже на разрывающее душу переживание отчаяния, отчуждения и смятения во время космических полётов.

Вторая неделя далась мне ещё тяжелее, чем первая.

Первый день

Лучше бы я весь день и ночь убегал от фарниоморга с Планеты ЖАКР-127, чтобы спастись от его клещещупальцев, чем лежать всю неделю в наглухо закрытой комнате в ванной, в солёной воде, с температурой равной моему телу, находясь в полном одиночестве, темноте и абсолютной тишине.

Один на один с собой. А мне ведь всегда не хватало времени на себя, и вот теперь его у меня предостаточно. Я абсолютно ничем не занят, моё тело почти ничего не чувствует, все базовые потребности удовлетворяются посредством аппаратов, подключённых к моему телу. Нет ничего, что могло бы привлечь моё внимание или отвлечь меня от меня самого…

Мне показалось, что кто-то рядом со мной произнёс: «Настоящее путешествие – это путешествие сознания».

Я понимал, что я один в комнате. «Первый день, и уже слуховые галлюцинации, что же со мной будет на седьмой день?» – подумал я.

Настоящее путешествие – это путешествие сознания. Я решил попробовать, а что ещё оставалось делать? Теперь я знаю, как с пользой провести время. «В добрый путь», – сказал я сам себе и решил воскресить в памяти лучшее, что случалось со мной в прошлом.

Воспоминания всплывали в моём сознании, задерживались ненадолго и уплывали, как осенние листья в реке. Привиделась бабушка, её худое и морщинистое лицо, тёплые руки и то, что она говорила о моих друзьях, когда я с ними заходил к ней в гости.

– Девушка, с которой ты приходил, Лана? Так же её зовут? Она человек-прошлое. Иваний, твой сегодняшний гость, человек-ракета. Максим, со шрамом на подбородке, человек-катастрофа…

Она всегда давала им точные характеристики и укладывала их в одно слово. Сейчас я сожалел, что не расспросил её о них всех, спросил только про Улию.