Игра в кошки-мышки

Слишком много проблем сулит мой выход в свет. А в обмен лишь возможность потешить свое самолюбие и весьма сомнительное развлечение. Значит, решено – завтра же навещу Себастьяна, извинюсь и возьму свое обещание обратно.

Едва я так подумала, как входные чары засвистели. Мы с Дорой все так же толкались в прихожей, поэтому в унисон повернули головы в сторону двери.

– Это еще кто пожаловал на ночь глядя? – строго проговорила моя компаньонка и взглянула на меня, ожидая ответа.

– Понятия не имею, – удивленно пробормотала я.

– В такую погоду добрые люди по гостям не ходят! – Дора грозно нахмурилась, однако через пару секунд раздумий все же отправилась открывать.

Я невольно напряглась, испугавшись, что за дверью окажется клиент, пожаловавший в неурочный час и без записи. Не хочу сегодня гадать! Голова настолько забита тревогами, что сеанс вряд ли получится удачным. Давно и не мною замечено: нельзя услышать советы богов по поводу другого человека, когда думаешь только о себе.

Однако практически сразу я расслабилась, увидев на пороге знакомую медвежью фигуру Янора.

– Добрый вечер, дамы, – пророкотал он, обращаясь сразу и к Доре, и ко мне. По причине высокого роста это не составляло для него особого труда. – Простите за поздний визит.

– Права я была, в такую погоду хороших гостей не жди, – буркнула Дора, даже не пытаясь скрыть своего недовольства. И я вполне понимала ее чувства. Янор ей не нравился, и не нравился сильно. Она до сих пор не могла простить ему участия в моем похищении.

Янор лишь ухмыльнулся в ответ на столь язвительное замечание, видимо, ни капли не обидевшись. Ему было не привыкать терпеть от моей компаньонки постоянные колкости.

– Позвольте войти? – пробасил он, обращаясь прежде всего ко мне поверх головы Доры. – Я понимаю, что некстати. Но неужели вы откажете в бокале горячего вина уставшему путнику?

– Дома пить надо, – окрысилась Дора.

– Дора, – поспешила я вмешаться, почувствовав, что она слишком близко подошла к опасной грани настоящего оскорбления, – прекрати. Это невежливо.

Та лишь фыркнула, вряд ли подозревая, кем на самом деле является наш поздний визитер. Янор был последним человеком на земле, которому я бы посмела дерзить. Точнее, нет – предпоследним, поскольку первенство в этом негласном состязании прочно удерживал Себастьян.