Капкан для жениха

Внимательно обнюхала ноги Виллоби, после чего совершенно неожиданно присела – и напрудила около него целую лужу, обильно оросив брызгами штаны.

– Мышка! – обескураженно взвыл Фрей. – Ты чего себе позволяешь?

– Ничего страшного, – поспешила заверить его Миколика, которая лишь негромко рассмеялась, глядя на выходку собаки. Все еще улыбаясь, она тепло посмотрела на Мышку и добавила: – Если честно, Виллоби заслуживает гораздо худшего.

«Ладно, давай разберемся, что там не так с этим магом, – предложил Эдриан.

 – А потом уже завершим сделку. Подойди и положи руки поверх его. Постараюсь сканировать его разум».

Последнюю фразу я, признаться честно, не поняла. Да и вообще, приказ Эдриана вызвал во мне весьма противоречивые чувства. Подойти к Виллоби я могла, все-таки он вряд ли бы укусил меня. Но прикасаться к нему? А вдруг он очнется в самый неподходящий момент и, не разобравшись в происходящем, вмажет по мне какими-нибудь чарами? И тогда, не приведи небо, я тоже превращусь в живую статую, не способную даже моргнуть.

«Да ничего тебе не грозит! – снисходительно заверил меня Эдриан. – Не забывай, что ты являешься носителем автора этой книги!»

Носитель. Слово-то какое выбрал! Ну да ладно, надеюсь, он меня не обманывает.

– Эй, куда? – попытался меня остановить Фрей. – Мика, ты чего задумала?

– Пусть, – поторопился вмешаться Морган. Добавил со странной усмешкой: – Поверь, она лучше кого бы то ни было знает, что надлежит делать.

Этот короткий обмен репликами не остался незамеченным.

Краем глаза я увидела, как Ульрика с жадным любопытством подалась вперед, едва не свалившись со шкафа. Но фея ничего не стала спрашивать, видимо, осознав, что ответа все равно не дождется.

Я несколько раз сжала и разжала кулаки, пытаясь успокоиться. Затем сделала шаг к столу и брезгливо сморщилась, поскольку едва не наступила в лужу, оставленную Мышкой. Собака сидела чуть поодаль с совершенно невинным выражением на морде, однако меня не оставляло чувство уверенности, что она сделала это специально, выразив таким образом свое отношение к поступкам Виллоби, о которых услышала от Миколики.

– Ну ладно, – пробормотала я и неохотно положила свои ладони поверх ледяных рук Виллоби, словно приклеившихся к рубину на окладе.

Тотчас же подушечки моих пальцев загорелись огнем. Я тут же попыталась одернуть их, но потерпела в этом неудачу. А спустя еще мгновение мне стало не до этого. Нестерпимо заболела голова.