Конец игры

 – Далион стал старшей гончей только благодаря своим заслугам.

– Я еще раз спрашиваю – каким заслугам-то? – Император откинулся на спинку стула и с жалостью посмотрел на девушку. – Я понимаю, любовь заставляет закрыть глаза на все недостатки избранника. Но нельзя же быть настолько слепой! Эвелина, ты хочешь сказать, Далион ни разу не убивал невинного? Ни разу не участвовал в травле неугодных? Ни разу не ломал своих учеников, вылепливая из них свое подобие? Полно тебе. Без этого он никогда не сумел бы дослужиться до столь высокого положения.

И, кстати, думаю, будет большим откровением, но твой разлюбезный Далион наверняка участвовал в столь отвратительном для тебя процессе инициации.

– Вы лжете! – Эвелина от отчаяния стукнула кулаком по столу, едва не перевернув тем самым бокал с вином.

– Не забывайся! – строго осадил Дэмиен свою бывшую ученицу. Эвелина смущенно опустила голову, а мужчина продолжил уже более спокойно: – Девочка моя, клянусь своим именем, я говорю правду. Ритуала инициации не проводят для младших гончих, считая, что не стоит тратить на это время.

Основ подстихийной магии и чуток стихийной вполне хватает, чтобы они могли достойно выполнять свои обязанности. Но вот старшие гончие проходят ритуал так же, как это заведено в Академии. Поскольку Далион явно не вчера занял столь высокое положение, то наверняка принимал самое деятельное участие в этом обряде.

Эвелина молчала, сосредоточив внимание на темно-красных переливах вина в бокале. Она не хотела, не могла поверить императору.

Но с другой стороны – понимала, что ей говорят правду. Дэмиен не стал бы клясться своим именем, если бы лукавил. Боги не прощают обмана в подобных вещах.

– Впрочем, о мертвых или хорошо, или ничего, – поспешил продолжить Дэмиен, милостиво сменив тему разговора. – Но на досуге подумай еще раз над моими словами. Вспомни и проанализируй поведение своего возлюбленного. Ты ведь была моей самой способной ученицей. Я уверен, это тебе по плечу.

– Тем не менее Далион не стал лишать меня имени и насильно делать своей любовницей, когда узнал, почему я бежала от вас, – чуть слышно упрямо возразила девушка.

 – Если бы он был таким плохим, как вы говорите, то чем это объяснить?

– Я не говорю, что он был плохой. – Император позволил себе сочувственную усмешку. – Невозможно достичь такого положения в обществе только благодаря собственным заслугам и при этом не научиться соразмерять свои поступки и их последствия.