Отбор. Вне конкурса

И я вдруг обнаружила, что смотрю Ивару прямо в глаза, любуясь тем, как клубится мрак на самом дне его зрачков.

– Обещай мне, что пока никому не расскажешь о бедняжке Мирайе, – попросил меня Ивар. – Я не хочу, чтобы среди конкурсанток поднялась истерика. Император будет в ярости, если отбор сорвется.

– Хорошо, – растерянно выдохнула я.

– И обещай, что будешь осторожной, – продолжил Ивар. – Если во дворце появился убийца, то лучше всем девушкам держаться вместе.

– Я буду осторожной, – сказала я, мудро пропустив мимо ушей вторую часть его предложения.

В конце концов, я пошла на этот отбор лишь из-за возможности получить доступ к императорской библиотеке. И я не собираюсь лишаться надежды на поступление в академию из-за того печального обстоятельства, что по коридорам дворца бродит какой-то маньяк.

И потом, может быть, ему нужна была только Мирайя. Она явно знала того, кто убил ее.

Ивар улыбнулся. Тыльной стороной ладони осторожно провел по моей щеке. Что-то теплое пробежало по моей коже.

И я осознала, что губа, которая пострадала при пощечине Ивара, больше не болит.

– Прости, что ударил, – спокойно сказал Ивар. – Наверное, впервые в жизни я запаниковал.

– Да ничего страшного. – Я с усилием улыбнулась, пытаясь не показать, как смущаюсь от такой близости. – Я сама виновата.

Ивар еще раз погладил меня по щеке. Затем отступил на шаг и повернулся к двери.

– Надеюсь, ты не против, если я загляну к тебе, – произнес он.

Я мгновенно залилась краской возмущения.

Да что он себе позволяет? А таким приятным человеком вначале показался! Нет, прав мой отец: этим придворным никакого доверия. Ишь, мы знакомы всего несколько часов, а он уже пытается ко мне в комнату пролезть.

– Не подумай дурного! – торопливо продолжил Ивар, видимо, осознав, какую глупость сморозил, и оценив пунцовость моих щек. – Я просто проверю, не прячется ли тут убийца.

– Очень оригинальный повод, чтобы пробраться в спальню к девушке, – фыркнула я.

Теперь настал черед Ивара краснеть.

– Но я… – пролепетал он, запинаясь. – Я и впрямь волнуюсь.

Я рассерженно мотнула головой. Потеснила его в сторону и сама распахнула дверь.

С тихим шорохом пробудились ото сна свечи, зачарованные на чужое появление. Мягкий оранжевый свет залил пустое помещение, и в воздухе заплясали пылинки, доказывая, что этой комнатой давно никто не пользовался.

– Как видишь, никаких убийц, – проворчала я. – И никаких скелетов, кстати, тоже.