Прыжок под венец

Открыв рот, я задрала голову, с ужасом рассматривая огромную дырку прямо надо мной. Ого! Если бы Генриетта попала в меня, то голову бы мне снесла. Повезло, что она промазала.

Затем перевела испуганный взгляд на девушку.

Повезло? О нет, я слишком поспешила с выводами. Это Вэйланд стоял около Генриетты, держа ее руку задранной вверх.

Просто удивительно, как он умудрился перехватить ее удар. Я даже не заметила его рывка. Правда, мужчина опять оказался обнаженным. Цветастая тряпка валялась под ногами, не удержавшись на его бедрах из-за стремительного рывка.

– Ты ее защищаешь? – совсем по-змеиному прошипела Генриетта.

Меня невольно кинуло в крупную дрожь. Пожалуй, теперь бы я не отказалась опять накинуть пуховик. Просто удивительно, как воздух в комнате не заискрился мириадами снежинок – настолько холодно прозвучал вопрос верховной гадалки.

– Я считаю, что ты слишком распалилась, – проговорил Вэйланд. – Генриетта, успокойся. Сосчитай мысленно до десяти. Остынь.

Генриетта вскинулась было что-то возразить, но маг прижал палец к ее рту, запрещая это.

– Ти-хо, – с нажимом добавил он. – Я клянусь тебе, что не имею ни малейшего отношения к появлению этой особы в своей спальне. Это стало для меня такой же неожиданностью, как и для тебя.

И посмотрел на меня.

В этот момент я самым беззастенчивым образом разглядывала его задни… хм-м… филейную часть. Упругую такую, аппетитную. В принципе – а почему бы и нет? Чем-то мне надо было на этом шкафу заняться. А тут такое зрелище бесплатное.

Перехватив взгляд мага, я тут же постаралась придать себе как можно более отсутствующий вид. Не уверена, правда, что это у меня получилось. Уж больно ядовитая усмешка заиграла на губах Вэйланда. Но он, хвала небесам, предпочел свои наблюдения оставить при себе, опасаясь продолжения скандала. Право слово, даже страшно предположить, как отреагировала бы Генриетта, если бы он спросил меня, по нраву ли мне пришлись его мужские достоинства. Как я поняла, сия дама на редкость ревнива и вспыльчива.

– Ну, если ты клянешься… – немного подобрев, протянула Генриетта.

– Своей честью клянусь, что впервые вижу эту девушку! – с жаром подтвердил Вэйланд.

Я аж хмыкнула. Честью клянется, надо же. Я думала, такие выражения только в книгах встречаются.

– Раз так, то, полагаю, ты не будешь против, если я ее убью, – прощебетала Генриетта.

При этом она настолько мило и обворожительно улыбалась, что сперва я подумала, будто ослышалась.