Танец над бездной

Если же дерево умирало от старости – что ж, круг пройден полностью, Боги приняли почившего в свою обитель.

Эвелина с тревогой оглядела молодые веточки – нет ли признаков засыхания. Нет. Листья, правда, уже пожухли, но от холода. Ни намека на то, что родители девочки отвержены и вынуждены начинать все заново.

– Их похоронили рядом? – спросил Ронни.

– Да,– не оборачиваясь ответила Эвелина.– Они любили друг друга. Зачем же разлучать их после смерти?

– Наверное, когда деревья вырастут, их кроны сплетутся,– у мага вдруг дрогнул голос.

– Так и будет,– несколько резко оборвала его девочка.

– Ты любила их?

– Не знаю. Мать своей смертью подарила мне жизнь. А отец… Я его жалела. Но когда он ушел, мне стало по-настоящему больно.

– А я любил твою мать,– неожиданно признался Ронни.– И безумно завидовал брату. По моему мнению, Эльза заслуживала большего, чем ей мог предложить Элдриж. Он ведь был трусом, мой братец. Единственный его смелый поступок – женитьба наперекор семье. Точнее, семьям Пяти Родов.

И бегство на острова. Хотя, уверен, это была идея Эльзы. Она всегда отличалась безрассудством. В этом вы похожи.

– Родов? – опешила от обилия информации девочка.

– Не спрашивай,– отмахнулся маг.– У нас еще будет достаточно времени по дороге на материк. Мой корабль уже на подходе. Далеко забрались мои родственнички, без мага больше месяца добираться.

– Присутствие мага как-то влияет на скорость судна? – Эвелина слушала дядю, раскрыв рот.

– Я же сказал,– твердо отмел он все ее дальнейшие вопросы.

– У нас будет целая неделя для разговоров. А пока – дай мне попрощаться с родными.

Ронни долго и неподвижно стоял, закрыв глаза. Девочка успела закоченеть на промозглом ветру. К тому же начал накрапывать мелкий дождь. Незаметно подобрались сумерки. В непогоду темнеет рано. Шелестели тихонько листья молодой поросли, перешептываясь о чем-то своем. Где-то рядом утробно рычал океан, словно набираясь смелости перед предстоящим временем всемогущества.

Эвелина спрятала озябшие ладони в карманы теплой накидки.

Наверное, колдунья уже ищет их. Но отрывать мага от странного занятия девочка все равно бы не решилась. Она не боялась Ронни. Подсознательно Эвелина понимала, что он никогда не причинит ей вреда по собственной воле. Но девочка в то же время чувствовала, что если ей когда-нибудь придется встать на пути осуществления замыслов мага, он сметет ее. Прихлопнет, как надоевшую муху. И никогда не пожалеет о поступке.