Убить кукловода

Затем улыбнулся, видимо, позабавленный выражением неподдельного ужаса на моем лице, нагнулся ко мне и прошептал, глядя прямо в глаза: – Разве это не романтично – умереть в объятиях друг друга, озаренными первыми лучами безжалостного светила? Ну признайся, Доминика, ведь о такой смерти можно только мечтать!

– Я вообще не мечтаю о смерти, – огрызнулась я. – И уж точно не хочу умирать в твоих объятиях.

– Твои жестокие слова разбивают мне сердце! – Луциус вздохнул с фальшивой патетикой. – Ты просто не оставляешь мне иного выбора!

Я так и не поняла, что случилось в следующий момент.

Но вдруг обнаружила, что уже не сижу, а балансирую, стоя на узенькой полоске металла. Если бы не руки Луциуса, поддерживающие меня за талию, – то я точно не сумела бы сохранить равновесие и упала бы в бездну. Но он был рядом и держался с такой уверенностью, будто под его ногами была надежная земная твердь, а не перила моста.

– Потанцуем? – предложил он и сделал шаг назад, потянув меня за собой.

– Ты ненормальный! – взвизгнула я, осознав, что мы двое находимся в шаге от гибели.

 – Иракша тебя раздери, что ты задумал?

– Увы, Доминика, мы обречены, – горестно вздохнул Луциус, словно не услышав моего выкрика. – Солнце встает. Мы не успеем выбраться с моста, а значит, сгорим заживо. Поэтому давай проведем последнюю минуту со всем возможным удовольствием.

Я молчала, кусая губы, и со все возрастающим отчаянием глядела на стремительно светлеющие небеса. Из темно-багровых, почти черных, они превратились в ярко-алые, цвета свежей крови.

Да, Луциус прав, нам осталось жить не больше минуты. Наверное, он действительно сошел с ума, раз решил умереть сам и захватить в лучший из миров и меня.

– Но иногда поцелуй прекрасной дамы может сотворить чудо! – с прежней совершенно неуместной патетикой провозгласил Луциус. Нагнулся ко мне и вкрадчиво поинтересовался: – Ты готова даровать мне свою ласку?

– Иди ко всем демонам! – совершенно невежливо фыркнула я. А потом добавила еще парочку фраз, красочно описывающих, что должны эти самые демоны сделать с моим противником.

– Ну и выраженьица у тебя, Доминика! – мгновенно оскорбился Луциус, продолжая балансировать со мной в объятиях на самом краю бездны. – Теперь даже не знаю, стоит ли спасать тебя.

Я внимательно посмотрела в его серые глаза, лучащиеся смехом. Да что он задумал-то? Ни за что не поверю, что один из самых талантливых преступников, которых я когда-либо знала, решил по доброй воле свести счеты с жизнью.