Забавы марионеток (сборник)

Я ведь знаю, что она обязана быть!

– Твоя подруга какая-то странная, – уловила я шепоток Гортензии, обращенный к Элмеру. – Что она делает?

– Не обращай внимания, – так же тихо ответил тот. – У нее все равно ничего не получится.

Последняя реплика Элмера, сказанная с явно пренебрежительным оттенком, удивительно больно ударила по моему самолюбию. Это у меня-то ничего не получится? Он еще не знает, насколько упрямыми могут быть хекстянки!

Я наклонилась еще ниже. Теперь волосы гнома нестерпимо щекотали мне нос, от чего я едва не расчихалась.

Но я заставила себя отвлечься от всех посторонних ощущений, сосредоточившись лишь на ровной пульсации чужой ауры. Сеть, тут должна быть маскировочная сеть! Если я ее не вижу, это не означает, что ее нет!

Время словно остановилось для меня. Только размеренный пульс, отдающийся грохотом в ушах, знаменовал для меня неспешный бег секунд. Альтас, не выдержав моего пристального изучающего взгляда, направленного ему прямо в макушку, заерзал на стуле, видимо, желая оборвать поднадоевший ему процесс и вернуться к завтраку.

И неожиданно это принесло свои плоды: от неловкого движения гнома его аура вспыхнула особенно ярко, и я, не в силах сдержать ликования, издала торжествующий вопль. Впрочем, практически сразу пожалела о своей излишней эмоциональности.

– О небо! – Альтас подпрыгнул на месте от моего крика, при этом пребольно саданув меня затылком по лицу.

Я лязгнула зубами и отшатнулась. Первым же делом с испугом схватилась за нос, проверяя, не сломала ли его.

По-моему, пошла кровь.

– Дай я посмотрю! – тут же подскочил ко мне Элмер. Приподнял мне подбородок, развернув лицом к свету. Его прохладные пальцы пробежали по моей переносице, неся с собой избавление от боли. Мгновение, другое – и начавшееся кровотечение тоже улеглось.

– Спасибо, – пробормотала я, недоверчиво ощупывая место удара. Нет, вроде бы все в порядке.

Элмер довольно усмехнулся и жестом фокусника протянул мне носовой платок, после чего вернулся на свое место, по пути потрепав по плечу Альтаса, донельзя смущенного произошедшим.

– Зачем же было так орать? – пробасил тот, красный до невозможности. – Доминика, свет души моей, у меня чуть разрыв сердца не случился!

– А у меня – перелом носа, – огрызнулась я.

Альтас закручинился пуще прежнего. Понурился, виновато уставившись на меня из-под кустистых бровей взглядом жестоко и несправедливо побитого щенка.

– Ладно, проехали, – пробурчала я.