Сбежать любой ценой

– Нужно быть либо очень храброй, либо дурой, чтобы прийти сюда в это время, – раздается за спиной. Резко оборачиваюсь и вижу перед собой девушку с золотыми волосами. В первый момент она кажется мне очень юной, но, приглядевшись, понимаю, что у нее глаза старухи. Хотя на лице нет ни единой морщинки, кожа идеальная, локоны упругие, здоровые. Она улыбается, обнажая белые зубы. Черт, она просто великолепна!

– Это вы про себя? – сминая пальцами ткань своего пальто, говорю я. Незнакомка смеется и тут же становится серьезной.

Делает шаг мне навстречу и пытливо смотрит в глаза.

– Ты меня видишь? – в ее голосе сквозит волнение.

– Конечно. Вы не очень-то хорошо прячетесь. Красный для маскировки в лесу – такое себе прикрытие.

– Она меня видит! Она меня видит! – словно механическая кукла повторяет незнакомка и кружится, не замечая деревьев. А те, повинуясь ее внезапному восторгу, расступаются перед ней. Нервно сглатываю. Только знакомства с сумасшедшей мне сейчас не хватало! Словно почуяв мое смятение, девушка в красном плаще замирает.

Подходит ко мне и касается рукой щеки. Проводит пальцем там, где должна быть настройка.

– Как тебя зовут?

– Дана.

– Ты ведь не местная, так?

– Именно. И очень хочу вернуться обратно к себе, – глядя девушке в глаза, говорю я. – Этот лес особенный, да?

– Смотря для чего и для кого, – с легкой усмешкой отвечает девушка. – Я – Адель. Тьма уже близко, поэтому я приглашаю тебя в гости. Мне будет грустно, если тобой поужинают кхендры. Они совсем отбились от рук!

Киваю, и Адель берт меня за запястье.

Пальцы у нее тонкие, холодные, чуть шершавые, ногти длинные, украшенные на кончиках бисером. Мне кажется, словно за запястье меня схватила лапа зверя с острыми когтями.

Адель идет быстро, едва поспеваю за ней. Пару раз спотыкаюсь и едва не падаю, но она помогает мне удержаться на ногах. Идем мы долго – или мне это только кажется? – в этом мире уже нельзя быть ни в чем уверенной. Деревьев все больше, они стоят все плотнее друг к другу, но мы словно проходим сквозь них.

Может, они все-таки иллюзия? Света все меньше, температура воздуха падает, и я промерзаю до костей.

Мы выходим на небольшую поляну. Там одиноко стоит двухэтажный дом из бело-красного кирпича. Темнота все гуще, и, когда мы поднимается по ступенькам крыльца, становится непроглядной. Адель открывает дверь и впускает меня в дом. Трижды хлопает в ладоши – и становится светло – вспыхивают сразу несколько световых шаров. Я насчитываю девятнадцать.