Налог на измену

Ничего сами сделать не могут!

И звонок прервался. Точнее, видимо, мадам Виноградова попросту бросила трубку. Это было очень в ее стиле: слиться до того, как ты успеешь осмыслить ее слова и отказать в просьбе. В очередной раз прикрылась собственной мнимой значимостью. Кстати, понимаю: вы, вероятно, решили, что она по меньшей мере гендиректор крупной фирмы. Спешу разочаровать – обычный менеджер (правда, чтобы быть справедливой – в действительно очень известной британской компании). Она рядовой исполнитель, но упорно создает в глазах окружающих образ большого босса.

Ну да ладно, фиг бы с ней. Тут теперь есть вопрос поважнее.

Словно в подтверждение этой мысли все еще зажатый в руке телефон пронзила легкая вибрация. В сообщении без какого-либо сопроводительного текста была прикреплена визитка некоего Игоря Воскресенского. Отчего-то фамилия показалась мне смутно знакомой, но как я не напрягалась, так и не смогла вспомнить, где же мы могли пересекаться.

– Алина, ты чего так долго? – Судя по всему, маме надоело торчать внизу.

И, очевидно, весь тяжелый мыслительный процесс отпечатался на моем лице, потому что, пристально просканировав меня взглядом, она с подозрением в голосе спросила: – Что с тобой? Все нормально?

Я моментально взяла себя в руки. Вот кому-кому, а маме точно не стоило знать о недавнем разговоре. Мне кажется, она пережила то болезненное прошлое еще тяжелее, чем я. Не стоило напоминать ей о том времени и уж тем более рассказывать про звонки с того света.

– Все в порядке, – попытавшись изобразить полнейшую гармонию, непринужденно ответила я. – Просто немного утомилась от примерки.

Мамино лицо тут же разгладилось.

– Помнишь там на углу уютную кафешку? Переодевайся давай, пойдем кофе выпьем. Мне кажется, тебе нужна глюкоза…

Весь следующий час, пока мы завтракали в действительно очень милом заведении, и после, когда я подвозила маму до дома, мой мозг будто бы разделился на две части.

В то время как одна его половина поддерживала светские беседы, вторая находилась в непрерывном мыслительном процессе. Решения – каждый раз окончательные и бесповоротные – сменялись калейдоскопом с промежутком в несколько минут. Встречаться или нет с этим загадочным Игорем? А вдруг это какая-то ловушка или месть? Впрочем, какая на фиг ловушка, если кому из нас нужно мстить, то, скорее, мне, а не наоборот… Если только Аня не узнала про тот вечер.