Бабочка-оборотень и глупая принцесса

– Мариель говорила тебе именно об этом, – с легким нажимом в голосе королева повернулась в сторону второй принцессы.

– Конечно, мама. Именно это я и говорила. – легко подхватила спасительную подсказку та.

Разворачивать тему и уточнять никто не стал, хотя король и слегка поморщился.

– Хорошо, Илиниель, иди! Поговорим об этом завтра. – повелительно махнул в сторону дворца король. – Не забудь только выйти к малому приему в Голубом зале.

Принцесса послушно наклонила голову, (я чуть не слетела с её волос, пришлось вцепиться покрепче) и молча направилась к дому.

В своих покоях принцесса упала в кресло, а я, наоборот, вспорхнула размять крылышки. Пока мы дошли до комнат принцессы, меня прямо-таки укачало. Я боялась взлетать с её головы, пока мы шли по этим бесконечным коридорам и анфиладам. А то не дай бог отстала бы, и больше никогда бы не нашла ни принцессу, ни выход из этого каменного лабиринта.

Не успела я расслабиться и осмотреться, раздались жуткие звуки, и в комнату, постукивая копытцами, ворвался какой-то монстр с красным бантиком на шее.

Он мчался прямо к принцессе и, добежав до сидящей принцессы, принялся, повизгивая, подпрыгивать, пытаясь заскочить к ней на колени.

– О, Тони, поросёночек мой, ты соскучился? – растроганным голосом сказала принцесса, подхватила его под пузо в прыжке, и подняла этого поросёнка к себе на колени.

Боже мой, так это чудище поросёнок?! Впрочем, при моей величине я людей на близком расстоянии даже не могла воспринять целиком, рассматривая их частями, как дерево или небольшое здание в своем прежнем теле.

Поэтому люди меня не пугали, они никак не соотносились с новой мной. Я или воспринимала их людьми, если смотрела с некоторого расстояния и приложив маленькое усилие осознания, или не воспринимала вовсе. А этот поросенок для бабочки был как мамонт или даже динозавр. Его я ещё была в состоянии воспринимать целиком, соотносить с собой, но при этом он воспринимался жутким гигантом с огромной вытянутой мордой с острыми большими клыками, носом-пятачком в пол моего тела, чьи ноздри так энергично втягивали воздух, что напоминали мне пылесос. В общем, жуть!

– Какой ты милый! – ворковала принцесса. – Тебя уже покормили, лапочка?

«Лапочка» засверкал глазками и завизжал ещё пронзительней, явно намекая на свой зверский голод.

– Мэдди! – закричала Илиниель, одновременно позвонив в колокольчик.

Вбежала рыженькая девушка и, выполнив легкое приседание, преданно уставилась на принцессу.