Голос в моей голове

Так что скорее вылетишь ты, чем она. Тем более, ты легко, говоришь, найдёшь себе другую работу, а Мусечке жить негде.

Маруся отступила и решила игнорировать кошку. Но сиамка её неприязнь запомнила и принялась мстить. То сядет на её вещи и шипит, когда Маруся протянет к ним руку, то погадит ей в туфли. Маруся уже стала всё прятать в шкафчик и запирать на ключ. Но больше всего она ненавидела сиамку за попытки помешать ей в актёрской карьере.

Надо сказать, что Маруся талантом не блистала и если бы не её эффектная внешность, то играть на сцене вряд ли бы пришлось.

Потому роли Марусе доставались второго, а чаще третьего плана. Скажем так – на подтанцовке. И те редкие эпизоды, когда на сцене она была одна, Маруся особенно ценила. И пусть реплика была чуть длиннее пресловутого «Кушать подано!», но от множества взглядов, направленных в тот момент на неё, Маруся ловила такой кайф! Это было видно по сиянию глаз, пружинистой походке, внутреннему огню, что чувствовали зрители. Она срывала аплодисменты, запоминалась и даже получала цветы, выходя на поклон.

И Маруська решила ударить по самому больному! Сиамка взяла манеру именно в момент, когда Маруся собиралась произнести коронную реплику, выходить на сцену. Не спеша, грациозной походкой кошка выплывала из-за кулис, бродила между декораций, присаживалась на самом освещённом месте и принималась тщательно себя вылизывать, вытягивая лапки, как балерина. И всё! Она становилась королевой сцены! Реплику актрисы уже никто не слышал! На Марусю никто не смотрел.

Отвлечь зрителей от сиамской кошки не смогла бы даже Мэрилин Монро, что уж говорить про неопытную провинциальную актрису.

Особое коварство сиамки Маруся видела в том, что делала это кошка не всегда, а потому пожаловаться не получалось. Но теперь, выходя на сцену, актриса каждый раз ждала подвоха, высматривала Маруську за кулисами. Оттого держалась скованно, драйва не было, и то единственное достоинство, что было у Маруси, продемонстрировать не удавалось.

Однажды Маруся наконец получила главную роль в новой пьесе местного автора. Играть ей предстояла четвёртую жену пожилого богатого бизнесмена. Слов там было мало, внешность Марусина соответствовала, а свойственное ей переигрывание вполне вписывались в глупость и манерность персонажа.

Маруся так горела предстоящим спектаклем, что наконец смогла полностью игнорировать происки кошки. Актриса была выше этого! Маруська была озадачена и на время затаилась.