Чёрный Фудок и Недокормыш Лиз

Но в душе было пусто. Раны болели, кожу щипало и стягивало от попавшей на неё драконьей крови, руки оттягивала мёртвая голова, мешающая смотреть под ноги. Хотелось поскорее избавиться от неё и помыться, а потом растянуться на чистых простынях и заснуть.

«Ничего! Это просто усталость. Отдохну, и всё придёт!», – подумал Фудок, тяжело взбираясь на коня.

****

Всё было так, как мечталось: гордость отца, восхищение дам, разной степени зависть в глазах других рыцарей, песни менестрелей и попойки с приятелями.

«Вот с пьянками пора завязывать!», – решил Фудок, глядя на своё отражение. При огнях свечей вдруг показалось, что его глаза светятся золотом, зрачки пульсируют, вытягиваясь в вертикаль, и на лице проступает узор, напоминающий чешую. Похолодев и почти протрезвев, Фудок качнулся ближе к зеркалу и прикоснулся к щеке. Нет, кожа под рукой была самой обычной, слегка покалывающая лёгкой щетиной. И глаза вовсе не сияли огнём, как у того дракона. Просто шутка теней и отражений.

Утром у Фудока болела голова и не только от выпитого вчера с приятелями вина, но и сна, что мучил его ночью.

Ему снился убитый дракон, страшная морда почти у самого лица, пристальный взгляд глаза в глаза и хохот чудовища. А потом полунасмешливые слова: «Благодарю тебя, рыцарь!»

– За что? – спрашивал во сне Фудок, почему-то со страхом ожидая ответа.

– Потом узнаешь, – смеялся дракон и взлетал на золотых крыльях в небо.

Этот сон и вчерашнее видение в зеркале были ерундой, но почему-то тревожили Фудока. Встав с кровати, он подошёл к висевшему на стене спальни зеркалу, решив для собственного успокоения рассмотреть себя повнимательней.

Кажется, ничего не изменилось – никаких узоров и шрамов не появилось. Разве что глаза на смуглом лице стали выглядеть ярче, словно бы слегка изменив цвет. Прежде они были тёмно-карие, что в сочетании с чёрными волосами и смуглой кожей смотрелось вполне гармонично. Из-за этой немного экзотичной для королевства внешности он и получил ещё в детстве прозвище – Чёрный Фудок.

А сейчас цвет радужки посветлел и напоминал уже не тёмный шоколад, а янтарь. Это было странно! Фудоку показалось, что из зеркала на него смотрит незнакомец.

Внезапно зачесались шрамы, оставленные на груди и ноге драконом. Раны эти давно зажили и лишь ныли к непогоде. Правда, последние несколько дней они иногда зудели, вот как сейчас. Фудок перевёл взгляд на них, и ему показалось, что ночной кошмар продолжается. На месте светлых полосок шрамов темнела чешуя.