Западня для нечисти

Постараемся закончить все до его возвращения.

Проводить поиски мне показалось разумнее в человеческом теле. Все равно моя нагота сейчас никого не могла смутить, а лапы зверя не так приспособлены к перебиранию книг и свертков. Боли превращения я почти не заметила. Неудивительно, раз нервы так и звенят от напряжения. Я метнулась к шкафам, пробежала глазами по разнообразнейшим корешкам, в большинстве своем выцветшим от старости. Нет, пусто. Искомой книги тут нет. Затем повернулась к столу. Быстро переворошила бумаги, стараясь не нарушить их естественного беспорядка.

Так, а это еще что?

Взгляд неожиданно зацепился за лист, прижатый чернильницей. Больше всего он напоминал вырванную в спешке страницу из книги. И изображена на нем была карта.

Я медленно провела пальцем по бумаге, пытаясь понять, что это за местность. Странная карта – никаких надписей. Только одно слово небрежно накорябано рядом с маленькой точкой в самом центре. «Круг» – гласило оно. Что бы это значило?

Рядом с чернильницей лежал еще один лист, видимо предназначенный для заметок.

Я нахмурилась, узнав четкий и разборчивый почерк Гвория. Вот только то, что он написал, мне совершенно не понравилось.

«Открывший круг мертвых с пятью лучами получит небывалую власть над миром не только живых, но и мертвых. Однако смерть нельзя обмануть. Тело бренно, лишь душа вечна. И ее возможно обменять. Сделать так, чтобы умерший воскрес в новом обличии, сохранив все свои воспоминания, привычки и привязанности».

Я потрясла головой. Что это означает? Гворий собирается стать некромантом? Но зачем ему это?

Я лихорадочно перевернула лист, ища продолжения.

Честное слово, лучше бы я его не находила!

«Проводник, открывший круг мертвых с пятью лучами, неминуемо погибнет. Но избранник, получивший силу богов, сумеет вернуть в тело только отлетевшую душу. Или же… Или же призвать ей на замену другую…»

Я до крови закусила губу, уже догадываясь, что прочитаю дальше. И дурное предчувствие меня не обмануло.

«Они так похожи… – Тут рука Гвория дрогнула, посадив на бумагу неаккуратную кляксу.

 – Индигерда и Тефна. Но в то же время совершенно разные. Тефна – девчонка, шальная и озорная. Индигерда… Индигерда – любовь всей моей жизни. Я почти люблю Тефну, потому что вижу в ее глазах тень той, другой, серой кошки. Конечно, я мог бы заставить себя забыть об этом «почти». Но стоит ли? Возродившаяся любимая – неплохое дополнение к безграничной власти, не так ли?»

Красная пелена бешенства застлала мне зрение.