Родовой артефакт. Хранительница

Как много нового мне ещё предстоит узнать о семье, в которую вошла? Вот как это понимать – наши земли? Образно, как я говорила одногруппникам «наш Инт» про город, где родилась? Или буквально и все эти земли принадлежат семье мужа? Просто голова кругом – как я всё-таки мало знаю о своей новой жизни.

Решила, что надо переварить услышанное, и заняться делом – проверить работу по освобождению своей будущей спальни. Извинившись, попрощалась с учителем, воспринявшим мой уход с явным облегчением. Попросила господина Вестера составить список книг по истории и географии Королевства, с которых обычно начинают учёбу здешние дети, потому что мои знания о новом месте если и откланялись от нуля, то ненамного.

– Леони, как уроки закончатся, найди меня, пожалуйста.

– Хорошо, Лори.

Когда спустя полтора часа Леони отыскал нас с Элидой, мы осматривали пустующие гостевые спальни. Так как Александр ясно дал понять, что серьёзная переделка моих покоев произойдёт после нашего отъезда в столицу, то обставить их пока можно временной мебелью, воспользовавшись тем, что уже имеется.

И теперь я проводила осмотр комнат и чердаков, присматривая подходящее. Элида охотно ко мне присоединилась, с азартом включившись в обсуждение, что и как стоит поменять местами: «Нет, эти стулья тебе не подойдут, а этот столик очень даже миленький!»

Прежде чем сделать окончательный выбор, я собиралась вначале посмотреть ещё старую мебель, убранную на чердак. Старая – не значит плохая. Туда уносили то, что вполне могло служить ещё не одно десятилетие, а то и век, просто вышло из моды, и очередная новая хозяйка меняла интерьер на свой вкус.

Леони, услышав об этом, обрадовался. Туда его обычно не пускали, и сейчас он предвкушал, какие сокровища сможет найти. Но прежде чем отправляться, я решила сделать перерыв, попить вместе чая со сладостями.

Мы спустились на второй этаж и пока в Жёлтой гостиной накрывали стол, подвела Леони к отложенным по моему приказу вещам Джемы. Портрет его матери, аккуратно поставленный у стены, сразу бросился в глаза мальчику.

– Леони, я хочу, чтобы ты решил, где его повесить – в общую семейную галерею или куда-то поближе к тебе.

Мальчик молчал. Элида, стоявшая за его спиной, задумчиво произнесла:

– Я уже стала забывать, какая Джема была красивая. Я помню, как портрет рисовали, как она тогда долго выбирала платье, в котором будет позировать, а художник взял и переврал фасон. Давно его не видела…

– Я тоже, – голос Леони звучал тихо.