Родовой артефакт

Не давая себя задуматься, я шагнула прямо под заклятие, перехватывая его на себя.

Это действительно было очень больно! Казалось, каждая клеточка моего глупого тела взорвалась жаром. Я судорожно сжала кулаки и почувствовала, как что-то оцарапало ладонь до крови. Но эта мелкая боль тут же отступила под болевым цунами заклятия, накрывшего меня с головой. В глазах потемнело, и беспамятство унесло меня от этой дикой боли в глухую темноту.

Рей Эрриа

Брат ругал Элиду за глупый побег, безответственность, читал ей лекцию о долге перед родом и Королевством.

Та огрызалась. Я пытался немного смягчить страсти, но чувствовал, что это бесполезно. Надо было дать им спустить пар, поэтому замолчал и позволил себе отвлечься на приятную для меня эмоцию, доносящуюся со стороны.

Давненько я не ощущал такого чистого восхищения, направленного на нас. Ни единой грязной ноты! Ни грамма похоти, даже влечения. Чистый восторг ребёнка, впервые увидевшего бабочку! Даже обидно. Я просто отогревался в его сиянии. Незаметно я попытался определить источник столь редкой эмоции.

Почти все посетители этой убогой таверны старательно нас не замечали. Только через пару столиков от нас сидела совершенно невзрачная женщина и смотрела на нас. Восхищение, любопытство, интерес золотой волной плыли от неё. Обидно немного, что источник столь красивой эмоции имеет такой непрезентабельный вид, но что поделать. Надо вкушать нектар везде, где его встречаешь.

Я настроился на её волну, чтобы чётче читать эмоции и немного отдохнуть от негатива, бушевавшего рядом.

Тем более, что эта незнакомка давала пищу не только чувствам, но и интеллекту. Было загадкой, как эта явно приличная дама оказалась здесь. Спутников у неё не было. Ни внешность, ни одежда не давали повода заподозрить её в том единственном занятии, которое могло бы объяснить появление одинокой женщины в этом трактире. Любопытно.

Но ни разгадать загадку, ни насладиться восхищением я не успел. Брат, не умеющий наслаждаться жизнью сам, не давал это делать и другим.

Он решил надавить на Элиду и потребовал сейчас же надеть кольцо. Её возмущение пробилось даже сквозь щиты, которые мы привычно держим. Она вскочила, схватила кольцо и бросила его в сторону. К счастью, в сторону наблюдавшей за нами женщины, так как та наверняка отдаст его нам.

Видимо именно с такой целью она встала и подняла упавший у ног перстень. В её чувствах не ощущалось жадности или чего-то подобного. Эмоции оставались всё такими же чистыми.