Шестая попытка короля Эрика

Отправляясь сюда, я надеялась, что другие сопровождающие невест дамы помогут мне разобраться в подводных течениях Отбора, подскажут что-то при необходимости. Теперь стало ясно, что дружбы с ними не выйдет. Вышедшие на охоту дамы смотрели на других компаньонок, как на соперниц, и завязывать дружеские отношения ни с кем не спешили.

Зал постепенно заполнился. Все стояли возле указанных им мест в ожидании королевы. Распахнулись противоположные от тех, в которые вошли мы, двери и в зал вошла королева-мать в сопровождении нескольких дам и придворных.

Несмотря на возраст и пережитое горе, королева Джиневра двигалась весьма бодро. Быстрым шагом она подошла к своему месту и обратилась к нам:

– Дорогие дариты! Я рада видеть вас в своём доме. Все вы с дороги и потому не буду мучить долгими речами. Помните, что вы не просто мои гостьи, но участницы отбора. Потому вам разрешены некоторые отступления от строгого придворного этикета, – звучный голос королевы казался мягким и дружелюбным, но взгляд серых глаз предупреждал, что слишком уж расслабляться не стоит.

 – Прошу вас, присаживайтесь и разделите со мной трапезу.

Королева опустилась на своё похожее на трон кресло. Следом как волна прошла – рассаживались все остальные. Нельзя сказать, что этот обычно простой процесс на этот раз прошёл гладко. В шорох одежд и стук подвигаемых стульев местами вплетался звон уроненных приборов и упавших бокалов. Это мы, компаньонки, сидели как в партере, почти спокойно наблюдая разворачивающийся спектакль. Девушки же очень волновались.

Одна даже чуть не села мимо стула. Только расторопность слуги спасла её от падения. Сидевшие за центральным столом дамы во главе с королевой внимательно всех рассматривали.

Не думала, что даже такое обычно простое действие, как сесть за стол, сразу разделит конкурсанток. Одни выполнили это спокойно и грациозно. Видно было, что высокое общество ни капли не смущает их. Таких было немного и одна из них обогнавшая нас блондинка. Другие сумели сесть безукоризненно элегантно, как Виола, но волнения спрятать не смогли.

Бледность лица и некоторая скованность её выдавали. Третьи, как Лиззи и Камилла, сделали это быстро и просто. Сели и сели! Таких было больше всего. Наряды и манеры ясно выдавали их провинциальность. Я и сама была такая. Ещё вчера, встретив их на улице или в лавке, я бы так не подумала. Но сейчас на фоне конкурсанток, сидевших ближе к королевскому столу, разница бросалась в глаза. Но провинциальность – это полбеды.