Шестая попытка короля Эрика

Как я и ожидала, та одна из немногих, кто ел со здоровым аппетитом, ни на что не обращая внимания. Явно считает, что ей это знать не обязательно. Сестра запомнит.

И я запоминала имена гвардейца, отвечавшего за безопасность Отбора и его заместителя. Квартирмейстер дор Сезар Вобер тоже был слишком важной персоной, чтобы заниматься нами. Но он предложил обращаться со всеми вопросами по нашему размещению к своему помощнику, которого мы уже знали – Шону Карвину. На нашем знакомце представление придворных, отвечающих за Отбор, закончилось, и пришла очередь конкурсанток.

Девушкам нужно было встать и назвать своё имя и род. Я с другими компаньонками сидела в самом конце стола, и это позволило мне видеть одновременно всех участниц, и наблюдающую за ними королеву. Она улыбалась всем одинаково любезно, но я чувствовала, кто её заинтересовал, а кто не особо. Виола была одна из тех, кто заинтересовал королеву. Её она рассматривала пристально, а по Камилле и Лиззи, когда до них дошла очередь, лишь скользнула взглядом.

Кстати, на дариту Лидию Лардис, она смотрела даже более равнодушно. Похоже, слова Руты правда: внучке графа Лурдиса, хозяина столицы, не грозит стать королевой.

Список участниц я заучила ещё в графстве, обсуждала вместе с дорой Лавинией, но живое впечатление вносило поправки в обсуждаемые с ней расклады. Даниела Омаль, внучка герцога Омаля, которую мы считали одной из самых сильных конкурсанток, оказалась маленькой, худенькой, похожей на мышку, девушкой.

Это она робела так, что чуть не села мимо стула. Не похоже, что она будет рваться к победе.

Из остальной массы конкурсанток особо выделились двое. Одна – Грета Хантис, дочь главы Совета свободного города Хинт, высокая, крепкая, рыжеволосая В отличие от большинства конкурсанток, одетых в светлые, платья пастельных оттенков, её наряд был коричневым, как это и принято среди жителей купеческой республики. Они провозглашали, что отказавшись от светлых и ярких нарядов, тем самым показывают своё смирение и экономию.

Глядя на расшитое более тёмным шёлком платье с воротничком и манжетами из редчайших чёрных кружев, о смирении дариты Хантис как-то не думалось. Её карие глаза смотрели прямо и решительно, когдаона громким голосом называла себя.

Так же резко отличалась от остальных смуглая синеглазая брюнетка в чёрном платье, на шёлке которого ярко сверкало ожерелье, поражавшее варварским великолепием крупных разноцветных драгоценностей.