Игра доктора Z

Risk is the life giver

Safer ways

only hem in

Fresh themes

are the dreamers’ hunger

New melodies

Their life’s breath

Риск спасает жизнь

Из пут безопасных путей

Ищут мечтатели острые темы…

Люба отправляется в посольство Новой Зеландии. Её единственная цель связаться с Мэри. Но ей не удаётся проникнуть в здание посольства. К телефонной будке приближается мужчина в куртке с надвинутым на лоб капюшоном. Он чем-то брызгает в неё, она теряет сознание. Когда приходит в себя, не видит никого.

Нет даже уверенности в том, что это была галлюцинация. Однако нестерпимо болит голова и тошнит. Она понимает, что это предупреждение.

Вскоре Люба получает письмо от Мэри. Она сообщает, что провела месяц в Австралии. В качестве доказательства прилагает несколько фотографий достопримечательностей зелёного континента. Однако шестое чувство подсказывает, что его писал другой или другая. Её муж Антон шутит, что это письмо от Маши Смирновой из ФСБ. В письме мнимая Мэри информирует своего соавтора, что предлагала пьесу для постановки в Драматическом театре Сиднея.

Но режиссёра, увы, чеченская тематика не заинтересовала.

Казалось бы, что Люба выполнила ту роль, которую

отвёл для неё доктор Z. Её можно было бы оставить в покое. Но как и пути Господни, неисповедимы процессы в головном мозге. Как выразился знаменитый автор четверостиший Игорь Губерман: «Бывает, проснёшься как птица, крылатой пружиной на взводе». У Губермана это состояние проходило к завтраку. У Любы не проходило.

У Казбека не было зачётов по многим предметам. Ему грозило отчисление из университета. Единственную ценную вещь – золотой перстень отобрали менты. – Я их ненавижу, – как-то признался Казбек. – Хочу как-нибудь насолить им. Омоновцы остановили меня для проверки документов. Документы были в полном порядке, но мне подбросили патроны и потребовали деньги за освобождение. Пришлось отдать перстень.

Люба помогала ему, как могла. А помочь она могла только бесплатной подготовкой к экзамену по её предмету – физике.

Только один раз она не устояла перед нахлынувшей страстью. – Чича мой, чича, – шептали её губы. – Не называй меня так, и, тем более, никакими другими прозвищами. Называй меня Казбек.

Страсть Любы к нему лежала за гранью физического наслаждения. Это был взрыв энергии, разлившейся по всему телу. – Ты неотразимый мужчина, – польстила она ему. Казбек в ответ презрительно усмехнулся. – Ну, это мне все говорят! А вообще любви нет.