Каменные сердца. Часть 2

Валехо с преувеличенным усердием принялся ковыряться в своем «инструменте», как бы намекая – садовником он быть перестал, в нем снова возобладал инженер, и копание отныне вне его компетенции. Грюн чуть не сломал совочек и потянул спину, применив давно простаивавшую силушку чересчур рьяно. Мы с Кирной уже приготовились включиться в борьбу с зелеными насаждениями, когда Владилен Михайлович, поплевав на ладони, потребовал пустить его.

– Акс, помоги дедушке! – подтолкнула я цыганина.

– Только если ты, Мэйби, отправишься со мной домой, – муж сложил руки на груди и выжидательно замер.

– Хорошо, милый. – Я обворожительно улыбнулась, оттирая от Акселя Кирну, явно желавшую подкрепить мою просьбу бодрящим пенделем.

Иногда покладистость супруга бывает полезной. И доверчивость, конечно. Я пользовалась этими его новыми качествами довольно часто и с содроганием думала о предстоящем возмездии. Аксель такого мне не спустит. Если вернется.

Вдвоем мужчины довольно быстро вынудили куст посторониться.

Вкапываясь под корни, они наткнулись на твердую поверхность, оказавшуюся люком в колодец. Николас приложил к нему роботский «пропуск», и нас оглушила сирена. Вой должен был поднять все живое в Куполе, но никто не прибежал ни через секунду, ни через несколько минут. Фрай издалека с издевкой похлопал нам в ладоши. Валехо попеременно выкладывал на гладкой крышке различные детали из нутра многострадального шара – ничего не происходило. Аксель пытался увести меня, однако присмирел под взглядом Кирны.

Наконец Ник признал грубую силу единственным способом отворить люк. Крышка была необычно тяжелой, хотя толщина листа не превышала, по прикидкам, и пяти миллиметров. Зазор между ней и горловиной колодца еле прощупывался. Щель расширили ножницами, потом в ход пошел совок, следом Птицын рискнул просунуть туда пальцы. Поднатужившись, покряхтев, он приподнял крышку. Тут уж ему на помощь ринулись остальные.

Чуть только пластина оторвалась от ложа на локоть, она потеряла вес, и работнички едва не ухнулись вниз. Открывшийся лаз вел в освещенную часть подземного Идэна.

Бережливая Кирна не захотела бросить крышку, доставившую столько хлопот. Блондинку обуревали идеи продать ее на воле или, на крайняк, сделать из нее щит. Поэтому дырку прикрыли кустом. Николас, вероятно, из схожих соображений, прихватил с собой оболочку робота-няньки.