Кто убийца, миссис Норидж?

 – Ты пригласил священника?!

– Священника и его сестру, – уточнил Эдвард. – Дороти Уокер – отличная партия.

– Ты забыл добавить – для самца трески.

Эдвард побагровел, но сдержался. Сосчитав про себя до десяти, он сказал:

– Она милая неглупая девушка. И у нее много других достоинств.

– Например, умение многозначительно молчать целыми часами и возводить очи к небу с таким видом, будто она села на булавку, но вынуждена терпеть. Перестань, Эдвард! Я отлично помню Дороти. Она бледная снулая рыбина, и ее братец точно такой же.

Если хочешь, держи их в своем садке, но не думай, что и я буду барахтаться с ними.

– Черт возьми, ты будешь делать то, что я тебе скажу! – вспылил Эдвард. – Я не прошу тебя немедленно бежать с Дороти под венец. Но ты можешь присмотреться к ней? Поговорить? Неужели это так много?

Несколько секунд Дэвид смотрел на него жестким пристальным взглядом. Затем внезапно сдался:

– Хорошо, если ты этого хочешь.

И вышел из комнаты.

Эдвард мысленно поздравил себя с успешным завершением непростого разговора.

Но в глубине души ему было не по себе. Судя по тому, как быстро Дэвид пошел на попятную, он что-то задумал.

А все, задуманное Дэвидом, было чревато серьезными неприятностями для остальных членов семьи.

– Гастон, моя крошка! – ворковала тетушка Полли, присев на корточки перед бульдогом и пичкая его печеньем. – Ну-ну, моя детка, не отворачивайся от мамочки!

На морде бульдога были написаны тоска и отвращение.

– Тетушка Полли, он не хочет! – сказал Норман.

– Мисс Парсонс лучше знает, что нужно ее собаке! – тут же вмешалась Дороти Уокер.

– Благодарю вас, милая, – любезно сказала пожилая дама. – Вы совершенно правы: я лучше знаю.

Но тут бедный Гастон, потеряв терпение, вскочил и бросился наутек.

– Ловите его! – закудахтала тетушка Полли. – Ловите!

Священник с сестрой, медлительные и неловкие, одновременно вскочили, кинулись за псом и столкнулись в дверном проеме. В них врезалась тетушка, и пока все трое бились в дверях, бульдог во всю прыть улепетывал к калитке.

Норман прыснул, и даже Люси Кендел не смогла сдержать смех.

– Этот пес постоянно от нее удирает, – раздраженно сказал Эдвард. – И вообще он крайне неприятное животное. Вчера я обнаружил его разлегшимся на моих домашних туфлях. Кажется, скоро он будет расхаживать по дому в моей пижаме!

После долгой суеты беглеца изловили и торжественно привели обратно.