Тайна замка Вержи

– Куда?

Николь переступила по узкому каменному парапету и почувствовала, как из-под ее босых ног с тихим шуршанием осыпается каменная крошка.

– Возьмите! – скованным от напряжения голосом повторила она и разжала кулак. – Быстрее!

Элен закусила губу, обдумывая что-то. Из-за ее спины молча выглядывала перепуганная Беатрис.

– Скорее, ваша милость! Я едва держусь!

– Если я возьму эту вещь и отдам маркизу, мне придется объяснять, как она оказалась у меня, – будто рассуждая вслух, проговорила Элен.

 – Если спрячу, ее могут найти. Как ни крути, выходит нехорошо.

– Ваша милость…

– Пусть остается у тебя!

С этими словами она приблизилась к горничной и толкнула ее в грудь. Николь сорвалась со стены и полетела вниз, не успев даже вскрикнуть.

Беатрис кинулась к окну.

– Ты убила ее!

– Надеюсь! – резко отозвалась Элен.

В дверь требовательно забарабанили. Сестры отскочили от решетки и испуганно взглянули друг на друга.

Будь на месте Николь другой человек, он неминуемо разбился бы насмерть.

Но для девочки не прошли даром годы детских забав, во время которых она излазила все стены замка Вержи.

Выпустив из пальцев мешочек, Николь на лету ухватилась за толстые стебли плюща, с помощью которых забралась наверх. Побеги с жалобным треском отрывались от стены, выдирая за собой и камни, со стуком разбивавшиеся внизу. Последние десять футов Николь проехала вниз по стеблям, как по веревке, в кровь обдирая ладони.

Ударившись о землю, она упала на спину и долго лежала, хватая воздух ртом.

Затем перевернулась и, пошатываясь, как пьяная, принялась на корточках ползать вокруг.

Камень нашелся в десяти шагах. Сунув его в прореху, как в карман, девочка поднялась и побрела к конюшне, тихо поскуливая от боли.

Три дворняги, чутких и злобных, поднялись ей навстречу. Самый крупный пес, подпалый, с исполосованной шрамами брылястой мордой, оскалил клыки и угрожающе зарычал.

– Мрак, это я! – всхлипнула Николь.

Пес тотчас умолк.

Второй лохматый сторож гавкнул было для порядка, но тут же устыдился и приветственно забил обрубком хвоста. Третий повалился на землю и зевнул во всю пасть.

Птичка встретила Николь недовольным сонным фырканьем. Девочка молча прильнула к лошади. Постояла, успокаиваясь, пока сердце не перестало выскакивать из груди, а дрожь не утихла. Тогда она отошла в угол, сгребла солому в кучу и легла, сжавшись в комок, подтянув коленки к животу.