Жизнь под чужим солнцем

 – С такими людьми всегда трудно находить общий язык.

– Почему вы так решили?

– Потому что они знают себе цену настолько хорошо, что другие рядом с ними совершенно обесцениваются. Честно говоря, эгоцентричные люди вообще не вызывают у меня особой симпатии – при общении с ними слишком многое зависит от их настроения. Вот Алина: попала ей вожжа под хвост, и она вас обидела, не задумываясь. Не спорьте, – остановил он Дашу, собиравшуюся что-то сказать. – Я же вижу, что прав. А вас я успел узнать достаточно, чтобы понять: вы-то ее ничем задеть не можете.

Впрочем, не совсем так, – поправился он, – задеть как раз можете, а вот обидеть – нет.

– В чем разница? – удивилась Даша, забыв, что собиралась заступиться за Алину.

– В том, что первое получается ненамеренно, а второе делается специально. Вы ее задели, когда в холле начали представляться всем отдыхающим и переключили внимание на себя. Вы не поняли? – усмехнулся он. – А ведь было очень заметно. Да бог с ней, лучше скажите мне: вы собираетесь завтра на рафтинг?

– Да, – кивнула Даша, воодушевленная сменой темы, – Алина как раз пошла записываться.

– Здорово! – Максим улыбнулся. – Потому что я тоже собираюсь поехать, и мне было бы очень приятно увидеть вас там.

Даша так обрадовалась, что тут же забыла про Алинины выкрутасы. Даже то, что она не знала, что такое рафтинг, и стеснялась спросить, ничуть не омрачило ее хорошего настроения.

Глава 5

К двадцати восьми годам Алина Винницкая могла бы выйти замуж раз пять, причем каждый раз за принца на белом коне.

Или, по меньшей мере, за главу королевского казначейства. Во всяком случае, Лидия Валерьевна оценивала ее серьезных воздыхателей очень высоко, а она знала толк в мужьях, поскольку сама вышла замуж довольно неудачно.

Один жених Алины был предпринимателем, имевшим устойчивый бизнес, второй – сыном начальника секретариата мэра, очень многообещающим молодым человеком, третий – состоятельным иностранцем, ищущим в России талантливых художников.

Четвертый вызывал у старшей Винницкой кое-какие сомнения, поскольку сам как раз и был талантливым художником. Но вот пятый… пятый блистал, как звезда, – почти популярный писатель, достаточно известный для того, чтобы зарабатывать деньги, и достаточно бездарный для того, чтобы иметь сложный характер творческого человека. В общем, сама Лидия Валерьевна жила бы с ним душа в душу, но, увы, писатель предлагал руку, сердце и часть своих гонораров не ей, а дочери.