Восемь бусин на тонкой ниточке

Маша изобразила двух похожих мужчин с усиками, подписала: «Борис Ярошкевич», «Иннокентий Анциферов». Борис и Иннокентий вышли похожими на гусар. Кажется, она никого не забыла…

Ах, нет же, она забыла Марфу, старшую дочь Степана! Ту самую девочку, которая помогла бежать Зое. Она – единственная, кто остался в живых из этого поколения. Все ее сестры, и родные, и двоюродные, умерли.

Занятно: в среднем поколении рождались только женщины, а в младшем – одни мужчины. И она, Маша, единственная девочка среди них.

– Здорово вы рисуете! – заметил сосед, заглянув Маше через плечо.

– Нет, само получается, – рассеянно ответила она.

– Значит, в роду был художник, – авторитетно заверил сосед. – У вас его гены режутся.

Вернувшись в Москву, Маша достала из сумки рисунок с деревом. «Гены режутся…» Что бы ни говорила мать, эти люди знали ее бабушку, умершую еще до Машиного рождения.

«Позвони, – шепнул внутренний голос, – чего ты боишься?»

Немного поколебавшись, Маша позвонила в справочную.

А час спустя, волнуясь, не попадая с первого раза по кнопкам телефона, набирала номер Марфы Олейниковой.

– Слушаю вас! – ответил бодрый старческий голос. Маша никогда бы не сказала, что его обладательнице без малого восемьдесят лет.

– Здравствуйте. Меня зовут Мария Успенская. Могу я поговорить с Марфой Степановной?

– Это я. Слушаю, голубушка, слушаю… – подбодрили ее.

– Марфа Степановна, вы меня не знаете…

– Зоя? – вдруг перебила Олейникова изменившимся голосом.

Маша оторопела.

– Я… Да, я ее внучка!

В трубке глубоко вздохнули.

– Ну, слава богу! – облегченно сказала Марфа Олейникова. – Я уж думала, ты не позвонишь.

Глава 3

Второй раз Маша вновь проснулась от стука. Но за окном уже стемнело, и ветер нес в приоткрытое окно не кукареканье петуха и ожесточенный стрекот кузнечиков, а вечерний шелест трав.

– Надеюсь, это не кот, – пробормотала Маша, мотая головой, чтобы стряхнуть остатки сна. Долго же она проспала, не меньше шести часов…

За дверью стояла Марфа Степановна.

– Выспалась? – ласково спросила она. – Все уже собрались, только тебя и ждут. Пойдем вниз, красавица.

Маша представила этих всех, которые только ее и ждут, и попятилась от Олейниковой. Подождите, она еще не готова! Ей нужно прийти в себя и настроиться!

– Я сейчас переоденусь и спущусь, – стараясь говорить твердо, пообещала Маша. – Десять минут, Марфа Степановна, и я буду готова со всеми познакомиться.